Читаем Цветы Персефоны полностью

– Тьма и свет, созданные из вечности, всегда были в очень неустойчивом равновесии. Из-за этого баланса представители обоих миров начали влюбляться друг в друга и скрещиваться, не осознавая, что это может породить настоящих монстров, существ с силами, намного превосходящими способности любого обитателя Геи или Мифоса. Произошло восстание, а следом война, о которой никто не говорил и никто не писал, война, в которой погибли тысячи людей и мифийцев. Она была настолько ужасной и кровавой, что для выживших упоминание о ней считалось преступлением. По прошествии веков суть войны оказалась забыта в их коллективной памяти.

Печальным итогом этой войны, в которой неконтролируемые силы использовались безнаказанно и противоестественным образом, стало то, что Гею и Мифоса разделила невидимая пропасть, а измерения соединила нить, пуповина, настолько слабая и тонкая, что с ней могли бы справиться простые ножницы Мойр. И все же, как это ни парадоксально, именно благодаря этому мир вернулся в пределы собственных вселенных. Мир, который длится тысячи лет.

Селкаре повернулся к ребятам. Его внушительный силуэт подсвечивался ярким закатным солнцем, проникающим сквозь окно. Они смотрели на него в изумлении и страхе. Но никто не осмелился сказать, поверили они ему или нет.

– Сохранить мир было нелегко. Темные силы двух миров, зная истинное положение дел, всегда жаждали покорить своего двойника. Да, чаще всего мифийцы приходили в наш мир в попытке завоевать его, считая себя намного выше и зная, что, скрестившись с людьми снова, смогут породить непобедимых существ, гораздо сильнее их самих.

Если Селкаре хотел испугать их, ему это удалось. И еще как! Либо он психопат, который запер их в своей квартире, чтобы, прочитав лекцию, убить одного за другим, либо то, что он сказал, было правдой. Они не могли решить, какой из двух вариантов хуже.

– Так, Высшие Существа, управляющие этими двумя очень разными вселенными, решили набрать группу лучших людей и самых храбрых мифийцев, чтобы поддерживать то, что они называют Балансом. Это оказалось сложной задачей. Люди видели в обитателях Мифоса постоянную угрозу и пытались любыми доступными им средствами уничтожить их мир, совершая неудачные и неуклюжие нападения. С другой стороны, некоторые мифийцы считали человеческий вид помехой, но в то же время и средством для достижения контроля над Вселенной и при любой возможности пересекали Перешеек, разделяющий два мира, нарушая договор о балансе.

Ребята слушали профессора с восторженным вниманием, как будто речь, слетавшая с его губ, была гипнотической песней сирены, от которой они не могли оторваться.

– Уверен, вы слышали о Лох-Несском чудовище, или, вполне возможно, некоторые из вас еще помнят новости о крылатом змее, которого жители Нью-Йорка, как им показалось, видели над высокими небоскребами много лет назад. Возможно, по урокам истории вы помните, что завоеватели Нового Света утверждали, будто океаны, по которым плавали их корабли, были полны чудовищ. Уверен, что вы знакомы с йети, огромным снежным человеком. Был человек, который клялся, что сфотографировал фей в своем саду в начале XX века, хотя их существование так и не было доказано, потому что фотографии были смазанными, а те, что действительно сохранились, не более чем грубые подделки. А как насчет драконов, которые появляются в романах, на гобеленах и любых предметах, связанных со Средними веками? Этот мир фантазий и мифологических существ сохранился в легендах и рассказах, передаваемых из уст в уста людьми на протяжении многих лет, и считался плодом слишком бурного воображения. И да, в большинстве случаев так оно и было, но некоторые основаны на реальности. Вот лишь некоторые примеры разрывов измерений, открывшихся в Перешейке, разделяющем Гею и Мифос. Таким существам, как я, поручено следить за тем, чтобы эти опасные разломы стали просто невинными сказками на ночь для детей, возвращая мифийцев и людей туда, откуда они пришли.

Селкаре замолчал, его взгляд блуждал по озадаченным лицам зрителей. Он терпеливо ждал реакции. Трудно переварить эту информацию, но они должны были это сделать.

– Профессор… Вы хотите сказать, что… вы… вы… не человек? – Ян, мигая, как индикатор на сломанном автомобиле, первым бросил вызов сложной паутине неопределенности, сотканной между ними.

– Конечно, я человек, – промурлыкал Селкаре. – Ну, по крайней мере, в значительной степени. Помните, что в мифологии, даже в той, которая дошла до вас, люди и божества часто отождествляются.

– А вы… что-то вроде… Хранителя? – Анна попробовала освободиться от страха, охватившего ее. Селкаре кивнул, соглашаясь. Они начинали понимать.

– Что-то в этом роде.

– Поэтому вы спасли нам жизнь? – спросил Алекс. Голова шла кругом, и не только от полученного удара.

– Вы должны знать, что… – начал говорить Селкаре. Натали прервала его.