Однажды ночью, в августе, Крис подошел ко мне и прошептал на ухо:

– Близнецы заснули. Внутри так жарко, пойти поплавать было бы просто замечательно.

– Отстань от меня, уйди, ты же знаешь, что мы не можем пойти купаться.

Я, как всегда, была не в настроении после проигрыша в «Монополию».

Купание, какая идиотская затея! Даже если бы была возможность, я бы не стала принимать участие в том, в чем Крис превосходил меня, например в плавании.

– А где мы будем плавать? В ванне?

– В озере, о котором мама нам рассказывала. Это недалеко отсюда, – прошептал он. – Мы должны практиковаться в спуске на землю по веревке из простыней, хотя бы на случай пожара. Теперь мы стали сильнее. Мы легко спустимся на землю и не будем долго отсутствовать.

Он уговаривал меня так настойчиво, как будто само его существование зависело от возможности хотя бы однажды покинуть этот дом только для того, чтобы доказать, что мы можем это сделать.

– Близнецы могут проснуться и заметить наше отсутствие.

– Мы оставим записку на дверях ванной, что мы на чердаке. И, кроме того, они не проснутся раньше утра и даже не пойдут в ванную.

Он спорил и умолял до тех пор, пока не одержал верх. Мы поднялись на чердак, а оттуда – на крышу, где Крис надежно прикрепил нашу веревку из связанных простыней к ближайшему дымоходу на задней стороне дома. Всего на крыше их было восемь.

Проверяя один за другим узлы на веревке, Крис давал мне инструкции:

– Используй большие узлы как ступени. Руками держись за узлы над головой. Двигайся медленно, нащупывая ногами следующий узел. И цепляйся ногами за веревку, чтобы не соскользнуть и не упасть.

Уверенно улыбаясь, он взялся за веревку и осторожно двинулся к краю крыши. Мы спускались на землю первый раз более чем за два года.

Вкус неба

Пока Крис медленно и осторожно спускался вниз, я тихо лежала на животе на краю крыши, следя за его продвижением. На небо вышла луна, и в ее ярком свете он помахал мне рукой: это был сигнал для меня начинать спуск. Я внимательно наблюдала за его действиями и могла воспроизвести его метод. Я уверяла себя, что это совсем не отличается от раскачивания на веревках, привязанных к стропилам чердака. Узлы были большими и крепкими, мы предусмотрительно сделали их на расстоянии четырех с половиной футов друг от друга. Крис велел мне не смотреть вниз, а концентрироваться на поиске узла, расположенного ниже. Меньше чем через десять минут я стояла на земле рядом с Крисом.

– Ничего себе! – прошептал он, крепко обнимая меня. – Ты сделала это лучше, чем я!

Мы находились на задней стороне садов Фоксворт-холла, где все комнаты были темные, зато в комнатах слуг над большим гаражом все окна были ярко-желтыми.

– Веди, Макдуф, к месту для плавания, – сказала я низким голосом, – конечно, если ты знаешь дорогу.

Разумеется, он знал ее. Мама рассказывала нам о том, как они с братьями незаметно ускользали из дома и шли купаться со своими друзьями.

Крис взял меня за руку, и мы пошли на цыпочках прочь от огромного дома. Так странно было оказаться снаружи в эту теплую летнюю ночь, пока наши младшие брат и сестра оставались сидеть в запертой комнате. Перейдя маленький пешеходный мост, мы вышли за границы фоксвортской собственности и почувствовали себя счастливыми, почти свободными. Но и теперь нам следовало быть осторожными, чтобы нас никто не заметил! Мы побежали к лесу, а затем к озеру, о котором нам говорила мама.

Было десять часов, когда мы покинули дом, и десять тридцать, когда мы дошли до маленького озерца, окруженного деревьями. Мы боялись, что другие испортят нам купание и мы уйдем неудовлетворенными, но поверхность озера была гладкой, не потревоженной ни ветром, ни купальщиками, ни лодками.

В лунном свете, под звездным небом, я смотрела на это озеро и думала, что никогда не видела такой восхитительной воды и никогда еще ночь не наполняла меня таким восторгом.

– Мы будем плавать голышом? – спросил Крис, странно посмотрев на меня.

– Нет. Мы будем плавать в нижнем белье.

Беда в том, что у меня не было лифчика. Но поскольку мы уже оказались здесь, дурацкая жеманность не могла помешать мне насладиться этой водой, залитой лунным светом.

– Кто последний, тот дурак! – прокричала я.

Скинув с себя одежду, я побежала к берегу. Но, добежав до него, я каким-то образом почувствовала, что вода холодная, и попробовала ее ногой – она оказалась ледяной! Я оглянулась на Криса: он снял часы, отбросил их в сторону и поспешил ко мне. Так быстро, что я не успела набраться храбрости и нырнуть в воду, а он уже оказался сзади и резко пихнул меня! Плюх – и я сразу окунулась с головой, а не вошла в нее постепенно, как хотела.

Дрожа, я всплыла на поверхность и посмотрела вокруг в поисках Криса. Я увидела его силуэт, крадущийся по каменной гряде. Крис поднял руки и по-лебединому грациозно нырнул в середину озера. Я раскрыла рот от изумления. А вдруг там недостаточно глубоко? Что, если он ударился о дно и сломал себе шею?

Время все шло… шло… а он не всплывал! О господи! Он мертв, утонул!