Читаем Цветы глухих улиц полностью

Спокойный ход разговора был прерван мощным ударом, поколебавшим пол и стены. Задребезжали стекла полок с материализованными возвышенными мыслями, заколебалась вода в потревоженном аквариуме – символе спокойствия и безмятежности. Где-то в коридорах бункера раздался звонок тревоги.

Дервиш одним мягким прыжком оказался возле командирского стола и включил переговорное устройство:

– Что за чертовщина там происходит?

– Самопроизвольная подвижка тектонических плит, – отозвался женский голос. – Наши датчики показывают прорыв чужеродной энергии с другого горизонта.

Он почувствовал головокружение, и тело стало постепенно терять реальность мира. Дервиш посмотрел на него:

– Странное воздействие. Мы еще не сталкивались с подобным. Ты скоро исчезнешь отсюда, дружище. Постарайся там – наверху скорректировать этот прорыв. Возможно, когда ты вернешься, у тебя будут ощущения физически необъяснимого пищевого отравления.

Фрагмент 88

Чувство потери связи с миром нарастало несильно. Он знал, что в таком случае еще может что-то сделать.

– Я попробую провести коррекцию отсюда, Дервиш. Но мне нужно немного твоей реальности. Дай руку!

Не дожидаясь реакции, он схватил командира за руку, и ощущение неминуемого возвращения прошло. Он стабилизировал свою реальность здесь. На несколько секунд лицо Дервиша заколебалось, поплыло, но все же не потеряло исходной формы. В этот момент очень ярко проступила его физическая сущность, – командир представлял собой чистую энергию.

– Понимаю, – Дервиш похлопал его по плечу. – Все в порядке. Ты еще продержишься здесь.

Он сел на ковер, скрестив ноги и собрал свое внимание в острый луч, имея намерение подчинить этот мир себе, не допустить дисгармоничных, разрушительных процессов, уничтожить оппозиционные силы, усилить союзников… Широта его сознания позволяла удерживать острую концентрацию на многих целях сразу.

Уставшее и изможденное лицо командира Дервиша сразу наполнилось силой, сигнал тревоги в коридоре смолк, в воздухе стала разливаться физически ощутимая гармония. От его тела и особенно – головы разлеталось в пространство множество желтых точек, гаснущих по мере удаления. В кабинете изменился цвет стен, – они стали похожи на обои в его комнате. Поблек и исчез аквариум. Обстановка менялась, претерпевая постепенную трансформацию в его жилище. Вскоре он понял, что сидит на кровати у себя дома. Не в отражении.

В окно светила полная луна. Стены издавали треск. Рядом скрипнула половица. Он обернулся и увидел мерцающее желтым облако в человеческий рост. В облаке проглядывало лицо Дервиша. Командир улыбнулся и телепатировал ему образ: поднятый вверх большой палец. Затем облако исчезло, а может впиталось в его тело, оставив чувство силы и приятной уверенности. Откуда-то пришла не его мысль: «Осознание пищеварительных процессов с выходом на контроль обмена веществ – важнейшая стратегическая задача! Но не думай, что победа будет легкой…»

На следующий день какие-то никчемные дела потребовали от него путешествия на подземке. Он спустился на станцию, привычно сосредоточившись на своих основных проблемах и немного сожалея, что не видит отдачи от концентрации внимания. Ожидая поезда на станции с «красным» названием, он подошел ближе к краю платформы, чтобы заметить его еще в туннеле. Поезд приближался. Он стоял близко к краю, зачарованно глядя на его ярко горящие фары. Часть психики, являющаяся бдительным ревизором и постоянно наблюдающая за основным массивом сознания, встревожилась и подала сигнал легкого беспокойства – «здесь что-то не так». Поезд уже въезжал на станцию, когда он ощутил явственный импульс из глубин, реализовавшийся в нем как немотивированное желание прыгнуть на рельсы. Блестящие фары почти загипнотизировали его, он не мог оторвать от них глаз. Но у него еще оставались другие части «я», которые взяли на себя управление телом. За какую-то наносекунду Ревизор объединил не поддавшиеся деструктивному влиянию бастионы разума и превратился в структуру, которую уместно назвать Безусловный Контроль. Он отвел тело на безопасное расстояние в сторону, к тому же сохраняя при этом обычное выражение лица, как будто и не происходило сейчас в сознании никаких пугающих процессов.

Поезд остановился. Он зашел в вагон, Ревизор просканировал психику на наличие разрушительных желаний и вредных тенденций, ничего не обнаружил и дал отбой тревоге, одновременно сокращаясь до своих обычных, незначительных по сравнению с остальными блоками «я» размеров. Все психические процессы вернулись к норме.