Может, она и в самом деле стала невидимкой?

— Леди, — сказала она, — хотела бы ягненка средней прожаренности.

— Средней прожаренности, — повторил Джесс.

Глаза Сиенны вспыхнули. «Хорошо, — подумал Джесс, пряча улыбку. — Она была образцом кающейся грешницы после того, как показала Хенли, какой он идиот. Приятно снова увидеть в ней немного огня».

— А какой салат желает леди, сэр?

Джесс посмотрел через стол.

— Как приготовить твой салат? — вежливо спросил он. Немного огня? Да она просто выдыхает огонь. Джесс сделал над собой усилие, чтобы побороть желание заключить ее в объятия. — Сиенна! Твой салат.

— Я хотела бы салат с оливковым маслом и уксусом отдельно, — сказала она, обращаясь к официанту.

Официант посмотрел на Джесса.

— Леди, — начал Джесс, — хотела бы салат с…

— Знаешь, что тебе нужно, Блэквулф? — Голос Сиенны был резок, как отточенная бритва, и холоден как лед. Официант — умный малый — тут же сделал шаг назад. — Новую запись для твоего допотопного кассетника. Называется «Я женщина». Слышал когда-нибудь?

Джесс вздохнул:

— Хенли был прав. Ты — сжигающая лифчики феминистка.

Оттолкнув стул, Сиенна вскочила на ноги.

— Все. С меня довольно! — Хлопнув ладонью по столу, она наклонилась, глядя в упор в черные, словно середиземноморская ночь, глаза Джесса. — Я собиралась извиниться за испорченную встречу. За то, что вмешалась в разговор. Но почему, скажи, я должна извиняться за то, что вела себя просто как человек, как личность? — Она выпрямилась, обводя взглядом застывшие фигуры за соседними столиками. — Почему я должна извиняться за то, что не являюсь безвольным роботом?

— Счет, пожалуйста, — распорядился Джесс, вставая из-за стола.

— Ах, так? Ну что ж, давай, выволакивай меня отсюда. Убери глупую женщину подальше от чужих глаз, чтобы она не устроила здесь сцену.

— Что вы, какой счет, — нервно пробормотал официант. — Никакого счета.

— Позволь мне сказать еще кое-что, мистер Мачо. Так будет не всегда. В один прекрасный день вам все же придется предоставить женщине место в вашем мужском мире. И когда это случится…

Джесс бросил на стол несколько банкнотов.

— Благодарю вас, — сказал он официанту и, взяв Сиенну за локоть, направился вместе с ней к лифту.

— И когда это случится, — продолжала она срывающимся голосом, — вспомни, что я была первой, кто показал тебе мир будущего. Мир следующего поколения, где к женщинам относятся, как к людям, а не как…

Джесс втолкнул ее в лифт.

— Заткнись, Каммингс, — приказал он.

А потом наклонился и поцеловал ее.

ГЛАВА 11

Джесс собирался только скользнуть губами по губам Сиенны.

А может, вообще не хотел целовать ее.

Но ее дневное представление… То, как она ощетинилась, когда продавщица попыталась привести ее внешность в соответствие с общепринятыми нормами; ее неудачные попытки сдержать раздражение на встрече с Хенли. И эта история в ресторане.

Разве он мог не поцеловать ее?

Только когда лифт достиг нижнего этажа, Джесс поднял голову. Но Сиенна обняла его за шею и снова притянула к себе. Он позволил ей сделать это, позволил поцелую продолжаться.

Наконец Джесс отстранился. Сиенна издала легкий стон протеста. Схватив ее за плечи, он заглянул ей в глаза.

— Пойдем в постель, — хрипло проговорил мужчина.

— Пойдем, — беззвучно повторила женщина.

— Сейчас. Здесь.

Она огляделась:

— Здесь?

Он взял ее руку и поднес к своим губам.

— Стой на месте и не двигайся.

Это было приказом. Командой. Сиенна почувствовала, как по ее телу пробежала дрожь.

Его не было всего лишь несколько минут. Потом они снова оказались в лифте. Рука Джесса крепко держала ее за талию. Этот жест был древним и властным, и ей казалось, что она может растаять от жара его руки.

Выйдя из лифта, они прошли по длинному коридору и остановились перед высокими двойными дверьми. Джесс достал из кармана ключ, вставил в замок и повернул его. Когда двери открылись, Сиенна увидела перед собой просторную гостиную, которая словно купалась в огнях города, расстилающегося за огромным, во всю стену, окном. Закрыв двери, он притянул ее к себе, чувствуя, как их сердца застучали в едином ритме.

— Джесс, — прошептала она.

Дыхание их смешалось, и он прильнул к ее губам в поцелуе, у которого, казалось, не было ни конца, ни начала, а потом, не отрывая губ, поднял Сиенну на руки и понес в спальню.

В спальне, как и в гостиной, переливались на стенах отражения городских огней. Джесс медленно опустил Сиенну на кровать, продолжая целовать.

Женщину била дрожь, ее дыхание было частым. Он целовал ее снова и снова, его руки ласкали ее грудь. На ней был лифчик, платье, жакет, и все же Джесс нащупал набухшие соски.

— Если это не то, чего ты хочешь, — его голос был полон нетерпения, — скажи мне сейчас.

Она прижалась к нему.

— Я хочу тебя, — прошептала Сиенна. — Тебя, Джесс. Только тебя…

Он обхватил ладонями ее лицо и поцеловал. Она ответила на поцелуй, втянув кончик его языка в теплую глубину своего рта. Его желание стало нестерпимым, и он застонал от сладкой боли.