Читаем Цицианов полностью

Провозглашать принципы легко, а претворять их в жизнь трудно. Поскольку не могло быть и речи о замене грузинских чиновников русскими, перед Цициановым встала сложнейшая задача максимально адаптировать существовавшую административную систему к новым политическим и бюрократическим реалиям. Следствием внутренних грузинских неурядиц конца XVIII столетия была запутанность вопросов о денежном довольствии должностных лиц. Еще при Кнорринге из Петербурга пришло распоряжение представить «соображения о вознаграждении здешнего дворянства, пользовавшегося наследственными правами на чины придворные, гражданские или на пенсионы». Существовавшая в Грузии система «кормления» человека должностью, которую тот занимал, признавалась недопустимой. Каждому чиновнику определялось фиксированное жалованье. Кроме ликвидации очага разного рода злоупотреблений властью, это был важный шаг в социальной организации местного благородного сословия и одновременно инструмент воздействия на князей и дворян. 17 ноября 1803 года Цицианов отправил рапорт на высочайшее имя с приложением двух списков. В первом стояли имена представителей знати (75 человек), имевших документальные свидетельства о своих заслугах и жаловании. Во втором значились те, «которых собственные показания против грамот не имеют надлежащей ясности»[348]. Указывались прежняя служба и доходы; жалованье, желаемое самим претендентом; мнение Цицианова по этому поводу и сумма, которую он считал обоснованной. Главнокомандующий, хорошо знавший изнутри политическую кухню, решительно урезал чрезмерные аппетиты. «Сардарь авангардный грузинского войска» (то есть командующий передовым полком) князь И. Орбелиани, например, показал свои годовые доходы в размере 8 тысяч рублей и заявил о желании иметь особое высочайше пожалованное знамя. Мнение главнокомандующего было следующее: «Судя по числу сардарей и по назначению их во фронте боевого порядка сардаря почитать должно генерал-лейтенантом; в сравнение же с чинами имперской службы, оставя без уважения нелепую просьбу о знамени, можно, как кажется, наградить чином генерал-майора и в вознаграждение за доходы дать генерал-майорское жалование без рационов или с рационами. И так как в Грузии предпочитаем был всем сардарям, потому что был авангардный, при том всегда усердствовал России, то нужно, кажется мне, отличить его орденом Св. Анны 1-го класса». Жалованье же предложено урезать вчетверо — до 2100 рублей в год.

Перейти на страницу:

Все книги серии Жизнь замечательных людей

Газзаев
Газзаев

Имя Валерия Газзаева хорошо известно миллионам любителей футбола. Завершив карьеру футболиста, талантливый нападающий середины семидесятых — восьмидесятых годов связал свою дальнейшую жизнь с одной из самых трудных спортивных профессий, стал футбольным тренером. Беззаветно преданный своему делу, он смог добиться выдающихся успехов и получил широкое признание не только в нашей стране, но и за рубежом.Жизненный путь, который прошел герой книги Анатолия Житнухина, отмечен не только спортивными победами, но и горечью тяжелых поражений, драматическими поворотами в судьбе. Он предстает перед читателем как яркая и неординарная личность, как человек, верный и надежный в жизни, способный до конца отстаивать свои цели и принципы.Книга рассчитана на широкий круг читателей.

Анатолий Петрович Житнухин , Анатолий Житнухин

Биографии и Мемуары / Документальное
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование

Жизнь Михаила Пришвина, нерадивого и дерзкого ученика, изгнанного из елецкой гимназии по докладу его учителя В.В. Розанова, неуверенного в себе юноши, марксиста, угодившего в тюрьму за революционные взгляды, студента Лейпцигского университета, писателя-натуралиста и исследователя сектантства, заслужившего снисходительное внимание З.Н. Гиппиус, Д.С. Мережковского и А.А. Блока, деревенского жителя, сказавшего немало горьких слов о русской деревне и мужиках, наконец, обласканного властями орденоносца, столь же интересна и многокрасочна, сколь глубоки и многозначны его мысли о ней. Писатель посвятил свою жизнь поискам счастья, он и книги свои писал о счастье — и жизнь его не обманула.Это первая подробная биография Пришвина, написанная писателем и литературоведом Алексеем Варламовым. Автор показывает своего героя во всей сложности его характера и судьбы, снимая хрестоматийный глянец с удивительной жизни одного из крупнейших русских мыслителей XX века.

Алексей Николаевич Варламов

Биографии и Мемуары / Документальное
Валентин Серов
Валентин Серов

Широкое привлечение редких архивных документов, уникальной семейной переписки Серовых, редко цитируемых воспоминаний современников художника позволило автору создать жизнеописание одного из ярчайших мастеров Серебряного века Валентина Александровича Серова. Ученик Репина и Чистякова, Серов прославился как непревзойденный мастер глубоко психологического портрета. В своем творчестве Серов отразил и внешний блеск рубежа XIX–XX веков и нараставшие в то время социальные коллизии, приведшие страну на край пропасти. Художник создал замечательную портретную галерею всемирно известных современников – Шаляпина, Римского-Корсакова, Чехова, Дягилева, Ермоловой, Станиславского, передав таким образом их мощные творческие импульсы в грядущий век.

Марк Исаевич Копшицер , Вера Алексеевна Смирнова-Ракитина , Аркадий Иванович Кудря , Екатерина Михайловна Алленова , Игорь Эммануилович Грабарь

Биографии и Мемуары / Живопись, альбомы, иллюстрированные каталоги / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное

Похожие книги

Бомарше
Бомарше

Эта книга посвящена одному из самых блистательных персонажей французской истории — Пьеру Огюстену Карону де Бомарше. Хотя прославился он благодаря таланту драматурга, литературная деятельность была всего лишь эпизодом его жизненного пути. Он узнал, что такое суд и тюрьма, богатство и нищета, был часовых дел мастером, судьей, аферистом. памфлетистом, тайным агентом, торговцем оружием, издателем, истцом и ответчиком, заговорщиком, покорителем женских сердец и необычайно остроумным человеком. Бомарше сыграл немаловажную роль в международной политике Франции, повлияв на решение Людовика XVI поддержать борьбу американцев за независимость. Образ этого человека откроется перед читателем с совершенно неожиданной стороны. К тому же книга Р. де Кастра написана столь живо и увлекательно, что вряд ли оставит кого-то равнодушным.

Фредерик Грандель , Рене де Кастр

Биографии и Мемуары / Публицистика