Читаем Цинния полностью

Она наблюдала, как Ник осторожно и благоговейно извлекает письмо. Ей пришло в голову, что это, написанное от руки письмо является единственным, что связывает его с матерью и отцом. Она снова ощутила прилив жалости.

— Полагаю, ты делал анализ почерка? — спросила она, пытаясь говорить по-деловому. «Нику не понравится, если я расплачусь», — подумала она.

— Да. С помощью таланта. При кратковременном использовании я могу немного его контролировать. — Он раскрыл журнал и положил его следом за письмом. — Посмотри.

Она пристально рассматривала чёткий твердый подчерк на первой странице журнала, а затем уставилась на письмо.

— Мне кажется, что различий нет.

— Это очень хорошая подделка. Создай кристалл для меня и посмотри ещё раз.

Цинния колебалась, вспоминая сильное чувство близости, которое она всегда испытывала, фокусируя для него. Но она слышала, что один из побочных эффектов при фокусировании для сильного таланта позволяет концентратору испытывать малую часть того же, что и талант. Сейчас ее любопытство взяло над ней верх ровно настолько, чтобы рискнуть создать связь.

— Хорошо.

Она собралась. Ей не пришлось долго ждать. Мощные волны таланта перекатывались через созданный ею в плоскости подсознания кристалл. Они проходили через исправляющие грани и выходили с другой стороны в виде контролируемой энергии. Её пронзило чувство глубокой близости, но теперь её это уже не потрясло. Это становится привычным, подумала она. Удобным. Правильным.

Это нехорошо.

— Готова? — Ник следил за выражением её лица.

— Конечно. Продолжай. Покажи мне. — Её раздражало, что он, казалось, забыл о личном характере их связи. Возможно, он ничего не чувствовал.

— Посмотри на то, как написано письмо, — приказал Ник. Она посмотрела на записку. Свет свечей создавал сложные узоры теней, освещая лишь один листок бумаги.

Я пишу тебе из Серендипити, нашей отправной точки. Мы вшестером отправляемся на рассвете. Это для меня последняя возможность отправить письмо до тех пор, пока мы не вернёмся через три месяца. Уже поздно, но я не могу заснуть. Мне следовало бы обдумывать детали наших планов, но вместо этого я думаю о тебе. Я буду скучать по твоему смеху и теплу, по всему тому, что мы сумели найти вместе. Ты даже представить не можешь, как ты важна для меня. Рядом с тобой я больше не чувствую себя одиноким. А теперь, когда я знаю, что ты носишь моего ребёнка, мне кажется, я наконец-то нашёл своё будущее.

Мне бы хотелось, чтобы ты не ждала до того утра, когда я уезжал в порт ЛяКоннер, чтобы сказать о своей беременности. Если бы ты сказала мне раньше, мы могли бы пожениться до экспедиции. Но это, в конце концов, не важно. Я вернусь в течение трёх месяцев, и мы всё оформим.

Согласившись выйти за меня, ты дала мне больше, чем можешь себе представить. У тебя есть три месяца, чтобы продумать детали свадьбы. Эта экспедиция станет для меня последней. Когда я вернусь, я хочу поселиться на островах со своей новой семьёй. Между прочим, ты — моя истинная любовь. Ты навсегда останешься в моём сердце.

Со всей любовью,

Барт

P.S.: И почему у меня чувство, что родится мальчик».

Цинния сморгнула с глаз слёзы.

— Видишь порядок слов? — спросил Ник. — Форму букв?

Она заставила себя сосредоточиться на подчерке, а не о пронзительном любовном послании. Действительно, слова стояли в определенном порядке. Словно внутренний ритм, хорошо различимый сейчас, когда она смотрела с помощью таланта. Каждая буква была изысканным произведением искусства с уникальными чертами и свойствами. Обычным зрением она никогда не смогла бы различить эти тончайшие нюансы.

— Да, — прошептала она. — Я поняла, что ты имеешь в виду.

— Теперь посмотри на журнал.

Она прочитала несколько предложений.