Читаем Циклопедия полностью

— Ты что с ним сделал? Это ж змея настоящая, а не ружье!

— Правильно. Гипноз такой. Канта-то нет, никто не контролирует, так почему бы не порезвиться?

Ирдик с легкостью перекинул соседа через плечо и посмотрел на трещины в потолке:

— Хорошая работа. Думали и нас разом убить, и спасителя человечества завалить насмерть. Взрыв не сильный, поверьте мне, как специалисту по взрывам петард под Новый год.

— А Канта зачем похищали, спрашивается? — Яркула чир канул по стволу ружья пальцем, оставив яркий след, и ружье, судорожно затрепетав, затихло под его ногой.

— Для опытов, я думаю, — ответил Ирдик, — или для извращенных пыток! Хотя это еще вопрос, кто кого пытать будет. Кант, если ему рот не заткнуть, такое рассказать может, что уши завянут и отвалятся. А у неопытных, вроде ваших циклопов, и помутнение рассудка в два счета произойти может. Был у нас один такой в замке Тьмы, Сашкен Штейн его звали. Он по дурости своей позволил Канту остаться переночевать в своей комнате. И что вы думаете? С утра нашли мы Канта, сидящего на своей коробке и рассказывающего очередной трактат о тщете всего сущего. А Сашкен Штейн с ума сошел и болтался на люстре головой вниз, в одних семейных трусах и мягких тапочках в форме слонят. Это он так в нирвану входил, для очищения мыслей и тела.

— И как? Очистил?

— Прочистил! — Ирдик сплюнул на пол шипящей слюной. — У него чуть приток крови к голове не случился. Насилу спасли. А Кант как говорил о тщете, так и продолжал говорить, пока Жен Тьмы его на улицу вместе с коробкой не выкинул…

— А у нас тоже вот какой случай был… — начал Яркула, но тут внезапно заколотили в дверь.

Я, стоявший ближе всех к выходу, развернулся. За моей спиной воцарилась зловещая в некотором смысле тишина. Кое-где раздавались легкие звуки падения кусочков бетона и шебуршала оседающая штукатурка. В дверь снова заколотили. Потом, после непродолжительного ожидания, еще раз.

— Мы кого-то ждем? — шепотом осведомился Яркула.

— Не мы, а вот он. — Ирдик кивнул на висевшее у него через плечо тело.

— Не открывайте, — громко зашептал Мусор, размахивая пухлыми руками. — Это циклопы, я нутром чувствую! — И он показал, каким именно нутром чувствует, ткнув себя под живот ладонью.

— В любом случае… — Крадущимся шагом я подошел к двери и, пригнувшись, посмотрел в отверстие на месте дверной ручки.

В полумраке я разглядел точно такой же глаз, который, в свою очередь, разглядывал меня с обратной стороны, и испуганно отпрянул назад.

— Ага! Я знаю, что ты там, алкаш хренов! Ну-ка выходи, пока я тебе твою долбаную дверь не сломал и не засунул щепки тебе в задницу!

— Ну и выраженьице! — Ирдик потянулся к карману на шортах и вытащил небольшой блокнот. — Надо записать, для потомков.

— Кто это? — спросил Яркула, настороженно принюхиваясь. — Человеческим духом пахнет.

— Сдается мне, господа, что это сосед. Ну тот, помнишь, Витек?

— Помню, — подтвердил я.

Из-за двери продолжали орать:

— Я милицию вызвал, понял, засранец? Погоди, минут через пять приедут, они тебе и грохот устроят, и нарушение общественного порядка, и распитие спиртных напитков! У меня ребенок маленький, понимаешь, стервец? А ты что вытворяешь?!

— Милиция? Милиция — это плохо, — нахмурился Яркула. — Надо уходить отсюда.

— А как же моя квартира? Так и оставим все? Где же я жить-то буду?

Граф Яркула успокаивающе похлопал меня по плечу.

— Все вернем, все восстановим. Просто погромы подобного масштаба очень нелегко устранить. Дня через три будет полный ажур.

— А пока что?

Вампир таинственно ухмыльнулся, обнажив острые клыки в уголках губ, поднял с пола кусок штукатурки и начертил на обоях таинственный, непонятный знак. Знак не замедлил засветиться голубоватым светом. От него во все стороны пошел по обоям черный ветвистый след, запахло паленой бумагой.

— Вот, блин. Не то… — Яркула торопливо поплевал на ладони и принялся замазывать знак. Кое-где около знака вспыхнули первые очаги возгорания. Поплевав на ладони еще раз, Яркула замазал и огонь, оставив на обоях бурые следы ожогов, и начертил другой знак, поменьше, причем с некоторой опаской. Знак светиться не стал — вспыхнул сразу, раскидав в стороны лучики яркого света, и исчез. В это же время мелкие кусочки бетона и штукатурки стали с шорохом подниматься с пола и парить в воздухе. Потом каждый из этих кусочков, находя свое прежнее место, чудесным образом врастал в бетон, восстанавливая потолок. Лязгая и подзынькивая, воспарил и телефон, скрывшись в моем коридоре. Следом улетела обувница.

— Вот видишь? Сейчас все восстановится, но по полу еще ходить нельзя, пока он окончательно не зарастет, — довольно проговорил Яркула. — С тебя двенадцать дзенов, я впишу в счет.

— Какие… — захлебнулся я от нахлынувшего гнева.

— Самые обыкновенные, — как ни в чем не бывало отозвался вампир. — Плата за услуги. Даже в МПЖКХ вы платите, а тут работа еще лучше. Почти евроремонт.

— Но ведь это же все… взорвалось…

— Но ведь не мы взорвали! — парировал Яркула. — Поэтому двенадцать дзенов, без разговоров. — Он протянул руку с длинными тонкими пальцами, — Но если хочешь, я могу вернуть все обратно…