Читаем Циферблат. Город Адимари полностью

По реакции Агрэя Кира поняла, что он этого парня почему-то терпеть не может: так его передёрнуло при виде непосредственной рыжеволосой физиономии. Он изо всех сил старался этого не показывать, но получалось у него это из ряда вон плохо.

– Приветствую двух самых незадачливых лионитов. Как прошло перемещение? Как вижу – удачно? – первым заговорил Букур, с интересом разглядывая Агрэя и интерьер позади него. Кира могла видеть его плохо, но ей показалось, что Букур кого-то выискивает взглядом.

– Вполне сносно, но чары могли быть более изящными, – сухо ответил Агрэй.

Букур сделал вид, что не заметил холодного обращения, и как ни в чём не бывало продолжил свою речь:

– Хотел известить вас о том, что новость о ваших несогласованных манипуляциях и перемещениях достигла Иклила. Вам велено срочно вернуться домой для дальнейших разбирательств и запрещается использовать энергию лит. В противном случае это будет сделано принудительно.

– Ты смеешь мне угрожать? Я не подчиняюсь твоим приказам, если ты забыл! – на этот раз без всякого намёка на вежливость отрезал Агрэй.

– Это приказ вашего отца, а не мой, если тебе от этого станет чуточку легче, – ответил Букур, расплываясь в едкой ухмылке. – А ты не меняешься, – добавил он.

Агрэй сильно сжал обсид и стал, забывшись, расхаживать по вагону.

– Так что мне ответить? Вы возвращаетесь? – прервал его размышления Букур, останавливая взгляд на Кире, сидящей в кресле. – Учтите, в этот раз вы так просто не отделаетесь. На ваше перемещение на Землю из Адимари была потрачена по меньшей мере треть оставшейся энергии лит. Старейшие в ярости! Кстати, не познакомите меня с вашей гостьей?

– Хорошо, мы вернёмся, когда закончим кое-какие дела, – быстро ответил Агрэй, проигнорировав последний вопрос Букура и проведя по обсиду рукой, что позволило моментально стереть изображение рыжеволосого наглеца. – Не знаю, как быть. Для того чтобы привести паровоз в движение, необходимо задействовать энергию лит, а это делать запрещено. Что скажешь, Клеон?

Кира обратила внимание, что сейчас Агрэй выглядит гораздо более растерянно, чем во время многочисленных столкновений с кумо в Адимари. До этого ей казалось, что мелочи вроде неприятных разговоров уж точно не могут так на него влиять.

– Это вопрос жизни и смерти, поэтому один раз ничего не изменит, – пожал плечами Клеон. – Только куда мы отправимся теперь?

Агрэй подошёл к напольному глобусу и указал на три яркие светящиеся точки, соединённые в одну линию.

– В одной из этих локаций должна располагаться воронка, ведущая в мир туманных металлов эссиорл. Если бы только мы смогли как-то прикрыть её с Земли, не погружаясь при этом в саму воронку. А прыгать в неё без возможности использовать энергию лит – сродни самоубийству. Но сейчас меня больше интересует другое, – сказал Агрэй, резко разворачиваясь к Кире. – Что это за артефакт на твоей руке, и как он смог подчинить себе настолько тёмную материю, как яхлал?

Оба брата вопросительно уставились на Киру, и она поняла, что ей придётся объясниться, хочет она того или нет.

Она начала свой подробный рассказ с того момента, когда Фива обманом побудила её спрыгнуть с поезда и как сильно ей потом пришлось сожалеть об этом решении. Кира рассказала, как повредила ногу, как наткнулась на странный дом в лесу и о страшной хозяйке этого жилища.

Клеон с Агрэем слушали её очень внимательно, не перебивая. Их лица были непроницаемы до того самого момента, пока Кира не упомянула об ожившем кресле с лицами людей, корчащимися от боли. Здесь они хмуро переглянулись с таким видом, будто знали, о чём шла речь.

– Так это было не твоё решение – сойти с паровоза? – задумчиво задал запоздалый вопрос Агрэй, вызвав у Киры и Клеона лёгкий ступор, потому как рассказ давным-давно уплыл в другое русло.

– Это всё, что тебя заинтересовало в её рассказе, брат? – насмешливо спросил Клеон. – Меня больше волнует эта женщина. Кого-то она мне напоминает. Лес Эмиража частенько фигурирует в легендах как обиталище забытых и утративших силу богов. Возможно, она одна из них?

– Я еще не всё рассказала. Не перебивайте меня, пожалуйста, – запротестовала Кира, которой не так просто было собраться с мыслями и не упустить в рассказе ничего важного.

– Хорошо, мы молчим! – улыбнулся Клеон, поднимая руки вверх, как будто в жесте «сдаюсь». Настроение у него почему-то резко поднялось, так что он устроился во втором кресле поудобнее и приготовился слушать дальше.

– Когда она выпустила меня из дома, то велела бежать так быстро, как только могу, и натравила волков. В лесу я наткнулась на могильную плиту, которая впустила меня в склеп, потому что я сильно об этом просила.

– И часто ты разговариваешь с могильными плитами? Что же оказалось внутри? – с интересом спросил Агрэй, забывая об обещании Клеона хранить молчание.

Кира пробуравила его взглядом, а затем чрезвычайно осторожно описала женщин, похороненных там, не забыв упомянуть об их внушительном росте и сходстве с лионитами. Она ожидала хоть какой-то реакции, но на братьев это, казалось, не произвело никакого особого впечатления.