Читаем Цетаганда полностью

– Вряд ли.

Услышав голос Этана, Хелда подошла поближе и вперила в него взгляд.

– Ты не доктор! – прошипела она. – Ты тот самый недоумок из Доков-и-Шлюзов. В моем департаменте очень хотят с тобой побеседовать!

Тэки взбрыкнул ногой и затрясся от хохота. Этан от неожиданности выронил стерильную салфетку, которую пытался приложить к его лодыжке.

– Дура ты, Хелда! Он действительно доктор. – Наклонившись к Этану и едва не перевернув стул, Тэки проорал ему прямо в ухо: – Только не признавайся, что ты с Эйтоса, не то она тебя враз прирежет. Она ненавидит Эйтос! – после чего удовлетворенно кивнул и вновь свесил голову набок.

Хелда в ужасе отпрянула, вытаращив глаза:

– Ты с Эйтоса? Или это дурацкая шутка?

Этан, поглощенный работой, кивнул на Тэки:

– Спросите у него, его накачали «сывороткой правды». Он вам все расскажет, как на духу.

У Тэки бешено колотилось сердце, конечности похолодели, но общее состояние было все же не шоковым. Этан освободил его запястья. Ко всеобщему удивлению, Тэки не свалился, а продолжал ровно сидеть на стуле.

– Но, к вашему сведению, сударыня, я действительно доктор Этан Эркхарт с планеты Эйтос. Посол доктор Эркхарт, по особому поручению Совета Населения.

Этан и не думал, что это произведет столь глубокое впечатление, но, к его удивлению, Хелда вздрогнула и побледнела.

– Это правда? – спросила она бесцветным голосом.

– Не говори ей этого, док! – вновь посоветовал Тэки. – С тех пор как ее сын сбежал на Эйтос, никто не смеет упоминать в ее присутствии вашу планету. Она не может даже связаться с ним отсюда – ваша цензура запрещает всякое общение с женщинами. Она никак не может его достать. – Тэки жизнерадостно захихикал. – А он-то, наверное, рад без памяти!

Этан поморщился – ему совсем не улыбалось быть втянутым в какие-то семейные разборки. Офицер, которому это тоже явно было не по душе, все же спросил:

– А сколько лет было парню?

– Тридцать два, – хихикнул Тэки.

– А-а-а… – протянул офицер, разом утратив всякий интерес к инциденту.

– У вас имеется антидот против этой так называемой «сыворотки правды», доктор? – ледяным тоном спросила Хелда. – Если да, то я предлагаю немедленно применить его, а с остальным мы сами справимся в Карантине.

Этан медлил. Слова неторопливо срывались с его губ, как тяжелые капли меда:

– В Карантине? Где вы полностью владеете ситуацией и где вы… – Он поднял взгляд и встретился с ее испуганными глазами. Время остановилось. – Вы…

Время снова помчалось вперед.

– Куин! – взревел Этан.

Куин немедленно откликнулась на зов. Правда, сначала в комнату вошли Миллисор и Pay, подгоняемые тычками парализатора. Этан вскочил на ноги. Ему хотелось прыгать, плясать или рвать на себе волосы, или схватить Элли за ворот серой куртки и трясти, пока она не застучит зубами. Слова и мысли толпились, обгоняя друг друга.

– Я все время пытался тебе сказать, но ты меня не слушала! Представь, что ты агент или кто угодно, которому поручено захватить на станции Клайн груз, предназначенный для Эйтоса. И вдруг тебе приходит в голову мысль подменить культуры. Мы знаем, что это чистая импровизация, потому что, будь все спланировано заранее, ты могла бы привезти с собой настоящие культуры, и никто никогда не заметил бы подмены, верно? Но где, где, во имя Бога-Отца, ты раздобудешь даже на станции Клайн четыреста пятьдесят человеческих яичников? Нет, не четыреста пятьдесят. Триста восемьдесят восемь человеческих и шесть коровьих! Не думаю, что ты могла бы вытащить их из кармана, командор Куин!

Куин сделала губами «ап!» и воззрилась на него с напряженнейшим вниманием.

– Продолжай, доктор.

Миллисор уже перестал изображать господина Хармана Дала. Но даже когда Элли от изумления чуть не выронила парализатор, гем-полковник не предпринял попытки к бегству. Он стоял, как статуя, ловя каждое слово Этана. Pay наблюдал за своим командиром, ожидая сигнала. Второй экотех ничего не понимал; зато представитель службы безопасности, хотя и пребывал в таком же недоумении, записывал каждое слово.

Голос Этана зазвенел:

– Забудь о четырехстах двадцати шести подозрительных кораблях. Думай только об одном корабле, почтовом корабле с грузом на Эйтос. Логика, мотивация и возможности, вот что! Кто имеет свободный доступ к любому уголку на станции Клайн, кого в любой момент без единого вопроса могут впустить на склад транзитньк грузов? Кто каждый день имеет дело с трупами? Трупами, из которых можно извлечь нужную ткань, и никто этого не заметит, потому что после кражи тело подвергается немедленной химической обработке? Но трупов не хватало – верно, Хелда? А почтовый корабль уже был готов отправиться на Эйтос. Отсюда и коровьи яичники, брошенные в отчаянии для количества, и недостаток единиц в контейнерах, и пустой контейнер… – Этан умолк, тяжело дыша.

– Ты сумасшедший, – выдавила Хелда. Ее лицо то краснело, то снова становилось смертельно бледным. Миллисор буквально пожирал ее глазами. Куин блаженно улыбалась, словно религиозный фанатик, вступивший наконец в небесное отечество. Пальцы офицера замерли над клавиатурой.