Читаем Цена победы полностью

Когда тараверская кавалерия внезапно разделилась, то перед наступающими отрядами внезапно оказались все два полка тараверской пехоты и двенадцать пушек в центре, готовых открыть огонь, что и было сделано немедленно. Но даже эти залпы не смогли замедлить атаку набравших полную скорость кавалеристов. И тут в дело вступила тараверская пехота. В атакующую конницу полетели гранаты и дротики. Дротики выбивали всадников, гранаты, взрываясь, пугали коней, ранили и убивали как коней, так и людей. Перед полками немедленно образовалась свалка. Задние ряды всадников на полной скорости натыкались на убитых людей и коней и вылетали из седел. И тут в дело вступили длинные копья пехотных полков. Грохот взрывов, испуганное ржанье раненых животных, крики людей. В короткий миг все это сплелось в один шум – шум смертельного сражения.

Наблюдавший за боем Виктор слегка скосил глаза на Алура. Тот стоял бледный, крепко сжав кулаки, и с ужасом смотрел на поле боя. Но это явно был не страх за себя – это был ужас непонимания. Непонимания того, как люди могут убивать себе подобных. Впрочем, Виктор вспомнил, что Алур уже участвовал в бою. Но тут же Виктор сообразил, что участие в бою и наблюдение за ним со стороны немного разные вещи. В тот раз Алуру просто некогда было задумываться над происходящим. Сейчас же он наблюдал войну во всем ее страшном великолепии.

Как успел заметить Виктор еще при разведке, кавалерия составляла почти половину вражеской армии. Сейчас же ряды тараверцев атаковало около трех тысяч всадников. Именно поэтому даже в самые критические моменты, когда масса всадников, казалось, вот-вот прорвет фронт только из-за одной своей многочисленности, Виктор не двинул ни одного солдата из резерва, несмотря на многочисленные просьбы окружающих его офицеров. И, словно подтверждая его правоту, в этот момент к неприятелю подоспела помощь, с ходу вступившая в бой. Но даже сейчас Виктор отказался трогать резервы.

– Лойдер, заткнись! – не слишком вежливо прошипел он. – Нас сейчас атакует всего лишь половина вражеской армии. Вот-вот подойдет пехота. Вот тогда-то нам и будет жарко.

Лойдер только досадливо махнул рукой. К счастью для тараверцев, эта помощь оказалась целиком состоявшей из фэтров. Каждый фэтр был великолепно подготовленным солдатом, но вместе действовать они так и не научились. Эта масса, растеряв по дороге весь строй, навалилась массой, которая только помешала своим же, вызвав еще больше хаоса в рядах атакующих. В этой толкотне гранаты и пушки наносили ужасающий урон атакующим, а длинные копья пехотинцев создали страшную баррикаду из мертвых людей и коней перед строем. Обойти же позицию тараверцев с одного фланга мешал заросший овраг, а с другого – небольшая река.

– А вот и пехота, – заметил Грепп, наблюдая за дорогой.

Виктор поднес к глазам подзорную трубу, изготовленную Алуром. По дороге действительно двигались пехотинцы. Вот какой-то человек отделился от армии и на коне выскочил на холм, находящийся почти напротив того, на котором стоял сам Виктор. Виктор заметил, как тот внимательно оглядел поле боя и что-то проорал своим офицерам.

– Алур, – позвал Виктор, не поворачивая головы. – Готовь свои установки. Наводи их вон на тот участок дороги. Там она максимально сужается, а врагу его никак не миновать. Стреляй по моему приказу.

Алур бросился к своим треногам под заинтересованными взглядами окружающих.

– Наверное, шестьдесят выстрелов – это все же мало, – неуверенно заметил Лойдер.

– Мало, – согласился Виктор. – А что делать?

Тут все заметили, что в бою произошли изменения. Бесплодные атаки кавалерии были прекращены и конницу стали отводить назад. Виктор заметил, как тараверские солдаты устало вытирали пот со лба и облокачивались на свои копья, радуясь возможности отдохнуть.

– Вот они! – неожиданно вскрикнул Лойдер. – Императорские солдаты.

Но их уже заметил и Виктор. Ровными рядами, держа ружья наперевес, они четко шли на сближение с замершими пехотинцами Тараверы.

Виктор махнул одному из вестовых.

– Скачи к лучникам. Пусть открывают огонь.

Вестовой вскочил на коня и бросился с холма. Сами же императорские солдаты стрелять еще не могли из-за того, что между ними и неприятелем оставалось еще слишком много своих всадников. На узком участке дороги, как и предвидел Виктор, произошла небольшая заминка. Перед ней скопились почти все императорские солдаты, ожидая, когда всадники пройдут в тыл. Этот участок находился слишком далеко для стрельбы из пушек или лука, поэтому неприятель никаких сюрпризов не опасался.

Виктор резко сложил подзорную трубу и повернулся к Алуру.

– У тебя все готово? – спросил он.

Алур облизнул вдруг пересохшие губы и кивнул.

– Тогда наводи на императорских солдат. Именно они главная цель. Давай выстрели только с шести установок.

– Надо бы, чтобы все отошли. Мы ведь не проводили настоящих испытаний из-за твоей секретности.

– Алур, наводи. Если наши установки не сработают, то нам будет уже все равно, от чего гибнуть.

Алур несколько секунд озадаченно смотрел на Виктора, потом резко кивнул и бросился к треногам.