Читаем Цена моей девственности полностью

Новая квартира оказалась отличной. Сейчас, когда безумие переезда уже закончилось, вещи заняли свои места, она оказалась очень уютной. Но главное – первый этаж. С выходом в небольшой дворик, усаженный зеленью. Совсем не то, что мрачная многоэтажная коробка, в которой мы жили раньше. Теперь отец мог запросто выехать на своей коляске и в считанные минуты оказаться среди благоухающих клумб, аккуратно подстриженных кустов и высоких тенистых деревьев.

Перемены были к лучшему: я уже не так уставала на работе. Всё-таки это дело привычки, и у меня даже появилось время на спокойное чаепитие на летней кухне. Они вдруг как-то сами собой вошли в традицию. и единственное, что всё это время меня заботило и не давало покоя – предложение Нэйта. Ещё один переезд… он по-прежнему был в отъезде. Но теперь каждый вечер меня ждали сообщения: как прошёл день, какие новости, скучаю. Я коротко рассказывала о своих делах, завершая это тем же «скучаю», понимая, что это правда, но не вся. Меня безумно тянуло к Нэйту – это невозможно было отрицать. Его запах, жаркое тепло его объятий, наши поцелуи и не только они – всё это заставляло сердце учащённо биться. Я могла бы сказать даже, что тоскую по нему и с нетерпением жду встречи, но при этом я знала, что мне придётся дать ему ответ. А вот что ответить, точно не знала. Наш внезапно организовавшийся семейный уют стал тем, чего бы я ни за что не хотела лишиться. А Нэйт, при всей его притягательности, внушал мне ещё и неясную тревогу. Когда до его возвращения осталось пара дней, я пришла с работы, поужинала с родителями и скрылась в своей комнате. Только вот уснуть не могла: долго ворочалась или бесцельно смотрела в потолок, а потом взяла в руки телефон и забила в поисковик запрос, на который, наверное, давно следовало получить ответ: «Нэйт Донован, убийство жены».

Я уже давно говорила себе, что мне нужно узнать об этом больше. Но какая-то смутная тревога останавливала меня всякий раз. А может быть дело было не в ней, а в том, что последние дни и вправду выдались хлопотными? Но, так или иначе, пришла пора узнать всё.

Сеть выдала мне сотни публикаций, и я со страхом, но в то же время с какой-то жадностью стала поглощать строчку за строчкой. Писали разное, мнение общественности разделилось. Кто-то был уверен, что Нэйт – очередной богатый ублюдок, которому, разумеется, всё сошло с рук. Кто-то считал его жертвой и очень жёстко проходился по его жене, которой приписывались всевозможные грехи, как то: многочисленные любовники, наркотики и бог весть что ещё. Я старалась отсекать мнения и находить лишь крупицы информации.

Линда Донован. Её фотографии долго украшали полосы газет. Она была настоящей красоткой – тут уж разночтений не было. Работала моделью и считалась весьма перспективной. Ей прочили блестящую карьеру, но в один день она вышла замуж и оставила модельный бизнес. Красивая, счастливая пара. На их фотографии вдвоём я тоже вдоволь налюбовалась. Сердце то и дело колола совершенно неуместная ревность. Этой женщины нет в живых, она была до меня, да и вообще – глупо сравнивать. И всё же, я понимала: никогда в жизни я не стану такой же яркой красоткой. Она подходила Нэйту куда больше.

В день трагедии Нэйт задержался в офисе, а когда вернулся, обнаружил жену на кухне. В её сердце был всажен нож, точным ударом, почти медицинским. Одна единственная рана, ставшая смертельной. Он тут же вызвал полицию, а вот дальше начались сложности. Во-первых, время смерти. Полиция зафиксировала, что к моменту их приезда прошло не больше часа после смерти. Камеры вокруг дома холодно свидетельствовали о том, что за это время к дому никто не приближался и никто из него не уходил. Соседи показали, что в последнее время супруги часто ссорились. В общем, всё указывало на то, что единственный человек, который мог бы всадить нож в сердце Линды Донован был её муж. Всё было настолько очевидно, что какое-то время никакие другие версии даже не рассматривались. Однако, на суде – дело дошло до суда! – стали выясняться новые обстоятельства.

Адвокаты Донована явно не зря ели свой хлеб. Выяснилось, что в крови женщины было изрядно наркотиков, причём всё указывало на то, что принимает их она давно. Вскрылись любовные связи миссис Донован, а ещё – что, несмотря на обильно натыканные видеокамеры, возле дома всё-таки было несколько «слепых зон».

В общем, защита убедила суд в том, что Нэйт Донован – не единственный, кто мог совершить это убийство, а серьёзных улик против него не было: ни отпечатков пальцев на ноже, ни следов крови на одежде – ни ещё чего-то такого, что могло бы с уверенностью доказать, что Нэйт Донован виновен.

С тех пор прошло уже более двух лет, но убийца так и не был найден, а значит, в глазах общественного мнения, Нэйт Донован так и не был до конца оправдан.