Читаем Цена дара полностью

В этот момент с энергоблока-пули начали спадать верхние слои, как шелуха с лука, они исчезали, обнажая его блестящее нутро и в блиндаже стало светлее. Перед глазами предстала энергетическая сердцевина, мерцающая нежным перламутровым светом. Вовсе не схематичная, как, наверное, полагается в голографических макетах. Тонкой ниточкой она тянулась с основания энергоблока и до самого остроносого шпиля.

— Вот тут группа «Альфа» должна сунуть гранату в пасть этому зверю, — старик подхватил ручку с кипы бумаг на столе и ткнул примерно посередине светящегося стержня, — Четвертый этаж. Выше можно, ниже — нельзя. Иначе не вырубить эту штуку, и народ весь поляжет. Может рвануть так, что снесет вместе с нами. Необычно, да?

— Да, нетипичная конструкция, — задумчиво ответил Виктор. — Ещё не встречал такой.

— И я говорю, «Венет» в состоянии войны умудряется делать то, что Земля не успевает, будучи на гражданке.

Облокотившись руками о край стола, Виктор опустил голову и сгорбился, выдав свою усталость. Казалось, он на мгновение задумался, прежде чем прервать тишину:

— Сколько осталось заложников?

Ответ поступил не сразу. Усталость Виктора передалась всем вокруг, и старый вояка присел за стол, со скрипом откликнувшись на спинку кресла:

— Семьсот. Не поверишь — семьсот было, семьсот и осталось. Недавно «Венет» привез еще несколько десятков, пополнил свои запасы. Наверное, эта сеть сумасшедшая, или помешана на цифрах и порядке, раз так маниакально оберегает это число. Люди умирают, Виктор, мы слышим их крики каждый день. Мертвых выкидывают с вентиляционных шахт. Представления не имею, что там творилось бы, если бы трупы разлагались прямо в блоке. Там и так сидит куча народу, почти без еды и воды. Каждый день кого-то сбрасывают вниз и никому ещё не удалось убежать — работают дзоты. «Венету» необходима эта точка, ради нее он выкрал людей и провез их через спорные территории. Думает, что у Конфедерации такое доброе сердце, что у нее не поднимется рука пустить ракету по заложникам. Вечная схема, и какое-то время она хорошо работает. Но, видимо, именно это время «Венету» и нужно, раз он так тянет. Надежда только на «Альфа». Жаль, что это последняя группа.

Последняя группа… скоро здесь раскинется пустое выжженное поле. Не будет земляных волн, не будет блиндажей, и людей тоже не будет. Если группе «Альфа» не удастся пересечь пятьсот метров и остановить блок изнутри, Конфедерация ударит по нему, уничтожив заложников вместе с источником энергии для «Венета». Значит, они ждут последнюю группу «Альфа»… именно последнюю, а не крайнюю, как в этих краях полагалось нарекать все обреченное на смерть, но не терявшее надежду. К первым из первых должны прилагаться последние из последних — мы. «Зет» отряд, последняя буква алфавита, смертники, у которых нет имён, и у которых из всех достоинств только ноги, а из навыков — умение бежать. К нам изначально относились как к цифре в графе «плановые потери». Мы идем впереди первых из первых и отвлекаем огонь на себя.

Не скажу, что меня это сильно расстроило. Скорее, я больше печалился о манящем запахе сигаретного дыма, повисшем в воздухе. Напряжение широким саваном легло на плечи, уплотняя тьму. Виктор и старик решили разрядить его оранжевым тлением терпкого табака. На запах выплыли два бледных призрака из тишины дальнего угла. Концы сигарет вспыхнули красно-оранжевым, когда они расширили свои легкие, впуская внутрь дым.

Повел носом. Сладкий запах… моим лёгким пошел бы на пользу густой смог, быть может, и болело бы меньше. Облегчать одну дрянь другой дрянью — наверное, я неисправим. Если бы меня не убили наркотики, прикончило бы курево.

Нас было пятеро, но все молчали — даже Томаш, которому всегда было что сказать. Но он только фыркнул в темноте, выдав желание затянуться, а Джиан отправил пустой резиновый сосок в рот в надежде выудить ещё пару капель жидкого ужина.

— Сильно кроет с той стороны? — после долгой паузы спросил Виктор, по моим расчетам, скуривший уже около четверти сигареты.

— Никак не кроет, — раздался тихий голос тихого призрака, того, что был длиннее, чем первый, — «Венет» обычно не долетает. С его стороны лететь далеко, так что космические ПВО успевают работать.

— А с нашей стороны?

— Если у «Венета» и есть какие-то точки отстрела, то они хорошо спрятаны. Да и «Скайблок» все глушит, так что и не узнаешь, где. По нам и без них, бывает, прилетает. Куча осечек из-за тотальной заглушки. Живого места скоро не оставит.

— А я думал это он все здесь раскурочил.

— Да нет… свои.

— А что у него осталось?

— Лазерные ПВО снесли пять дронов и два дзота. Осталось ещё два, один дрон, молнии и ещё где-то бродит механик. «Альфе» надо быть осторожней, да они и сами знают.

— Погоди, что за молнии? — голос Виктора напрягся.

— Ха-ха. А ты думал, я тебе врал, когда говорил о чертовых молниях в одно и то же место? — подал голос старик.

— Это еще что за оружие?