Читаем Цена чуда полностью

Повинуясь моему приглашающему жесту, дроу осторожно присел на стул напротив и недоверчиво глянул на меня из-под длинной чёлки.

– А Вы точно Хранительница Нашкара?

Почему-то мне стало смешно.

– А что, не похожа?!

– Не очень, если честно.

Хм... А он милый. Конечно, сидя у стола в длинном халате Зармида поверх кружевной сорочки, выглядеть хоть сколько-нибудь солидно проблематично, но честный ответ наводит на определённые мысли.

– Слушай, а сам-то ты кто?! – Спросила я, рассеянно отметив про себя, что этот Габриэль чем-то неуловимо напоминает Серта. Вот только чем?

Так и не найдя ответа, я отхлебнула глоток ткила, который теперь регулярно проверяла на наличие сомнительных добавок, и задумчиво уставилась на смущённо мнущегося парня.

Несмотря на внешность вполне зрелого мужчины чувствовалось в нём какое-то бесшабашное упрямство свойственное только мои ровесникам.

– Да ладно тебе, не тушуйся. Лучше скажи, что в замке таруханов делаешь. – Сказала я, сунув Габриэлю булку. – И давай на "ты".

Дроу кивнул, весело ухмыльнулся и с аппетитом впился в ароматную сдобу ровными белыми зубами.

– Вообще-то я сюда приехал, чтобы принять участие в поисках Нашкара.

– Ух ты! Ещё один принц нарисовался! – Восхитилась я. – Или ты не принц и поэтому не подошёл?

Что-то сокровенно-горестное мелькнуло в его глазах и тут же сгинуло, оставив вместо себя нарочитую небрежность.

– Тут не в происхождении дело. В пророчестве говорилось: 'кровные дети правителей, числом не менее четырех'. Я кровный сын повелителя дроу, хоть и незаконнорождённый, так что здесь проблем не возникло, но оказалось, что все четыре места в отряде заняты.

Хартад единственный из нас, кто худо-бедно владеет древней магией, мог активировать "путеводный луч ". К тому же он с дедом переводил пророчество. На присутствии в отряде Варука настаивали орки, которым принадлежит артефакт. Сератаниралиэль – представитель эльфов, которые вели переговоры с орками, а Бвер...

– Вот-вот!! Именно присутствие этого рыжего мне непонятно. С остальными всё ясно. Но на фига взяли Бвера?! Я тебе зуб даю, ему исполнение пророчества, как кость в горле.

– Да это с самого начала понято было, но отказать гномам равнозначно началу войны с ними.

– Но почему? Вряд ли им до такой степени нужно было мифическое сокровище. В конце концов, у них наверняка и своих драгоценностей навалом.

– Ты права. Когда меня арестовали и заперли здесь, чтобы помешать отправиться в поход за Нашкаром самостоятельно, времени обдумать сложившуюся ситуацию в свете сказанного Хартадом, было предостаточно.

– Погодь! – Чуть не подавившись завтраком, вмешалась я. – Как это тебя арестовали? Кто? Ты же, вроде, вне юрисдикции Харрута? Или успел тут натворить чего-то? С Дирнутом повздорил?!

Глянув на моё вытянувшееся от непонимания лицо, Габриэль рассмеялся. И это он ещё не знал, что в этот момент я пыталась представить себе, что может сделать со мной невменяемый тарухан в отсутствие искателей, если он сына Правителя дроу арестовал.

Мама! Что-то мне не хорошо совсем... Даже моя фантазия пасовала перед нарисовавшейся перспективой. Впрочем, не долго. Она очухалась раньше, чем мозг, и бодренько выдала видение.

Мне привиделся Дирнут в белой маске и фартуке с пилой в руках, задумчиво рассматривающий моё спящее тельце на кровати. За спиной у него маячила счастливая Слерана с огромным подносом различных инструментов. Молотков, клещей, напильников... Даже кусок бормашины сюда затесался. И лицо у служанки красное такое! Видимо, инструмент тяжеленький. Как бы не надорвалась, бедненькая!

Немного ошалев от нарисованной болезненным воображением картинки, я жалобно глянула на Габриэля. Судя по всему, он трактовал мой взгляд не совсем верно.

– Не переживай так. Ничего страшного в этом нет. – Отозвался он, всё ещё смеясь. – Ну, посидел несколько недель взаперти, зато многое понял. Неприятно конечно, но Хартад, наверное, поступил правильно, раз ты и Нашкар здесь.

– Хартад?! – Изумилась я. – Так это он? Не могу поверить...

Габриэль кивнул, как-то странно глянув на меня.

– У него не было другого выбора. Он очень ответственно относится к долгу перед своим народом и Шайдаром. Несмотря то, что мне пришлось проторчать в своей комнате больше трёх недель, я на него не в обиде. Вообще, Хартад – отличный друг, хоть и не склонен к сантиментам.

Когда до меня дошло, что арест был домашним и тюремная камера и пыточный инструмент в нём не фигурировали, я выдохнула с облегчением и расслабилась. Только для того, что бы на следующей фразе брюнета выпасть в осадок.

– Ты не думай, – Торопливо и горячо выдал дроу. – Хартад вовсе не такой сухой и холодный, каким кажется. На самом деле он... – Узрев мою отпавшую челюсть, брюнет застыл и замолк в непонятках.

Холодный?! Сухой?! Учитывая наше с ним не совсем удачное знакомство, я могла бы предположить, что моего тарухана считают вспыльчивым, нетерпимым, несдержанным, излишне горячим, наконец, но никак не холодным и сухим!!! Как мумия в морозилке, ей Богу. А если вспомнить остальное...