Читаем Целое лето полностью

Обыск скудно обставленной комнаты дал весьма интересные результаты. Двадцать две картонные коробки с патронами СП-5 9×39 мм и восемь пустых коробок из-под них же. Две коробки патронов 9×19 фирмы «Ремингтон» с экспансивной пулей. Шесть ноутбуков «Самсунг» — совершенно мёртвых, не запускаемых ни нажатием кнопки питания, ни перезагрузкой. Все ноутбуки присоединены к устройству неизвестного назначения с выдвижной антенной, предположительно приёмнику. Спутниковый телефон «Иридиум-экстрим» с полностью разряженным аккумулятором. Картонная коробка с армейскими рационами питания (двенадцать рационов в наличии). Большой полиэтиленовый мешок для мусора, почти пустой. Судя по степени обжитости квартиры, а также ориентируясь на показания соседки Вэ Ка Зиминой, двое мужчин снимали эту квартиру уже более месяца; изредка к ним заходил третий, молодой и богато одетый. Хозяин квартиры в настоящее время находился в командировке в городе Тюмени, точные координаты неизвестны…

Во дворе дома обнаружен автомобиль «Ниссан-патрол» выпуска 2007 года зелёного цвета. Рулевое колесо, приборная панель, рычаг переключения скоростей и обивка передних сидений обильно испачкана кровью. Ключ зажигания в замке. Можно предположить, что «Неизвестный № 5» приехал на этом автомобиле и потерял сознание на пороге снимаемой им квартиры, поскольку не смог в неё попасть.

Таким образом, вероятность того, что Карпов, «Неизвестный № 5» и его сосед по квартире сегодня встречались и эта встреча закончилась психологическим шоком для одного, увечьем для другого и (с большой долей вероятности) смертью для третьего — весьма высока.

Пока, конечно, правило «нет трупа — нет убийства» в силе, но что труп найдут, и очень скоро, Шабельников не сомневался.

Не сомневался он и в том, что эти двое (якобы из ФСБ, как следовало из документов, предъявленных дежурному Радько в связи с облавой в больнице и с очень странной просьбой заморозить в холодильнике морга убитого волка, — однако капитан сильно подозревал, что на самом деле из какой-то другой службы и только прикрываются удобными корочками) — так вот, он не сомневался в том, что они пасли именно Карпова и что Карпов совсем не тот человек, за которого себя выдавал. В больнице они ловили какого-то супермена, который сразу после операции снял себя с аппарата искусственного дыхания и выпрыгнул в окно второго этажа; похоже, что и Карпов какой-то супермен, которому они подвернулись под горячую руку; и ведь одну, подумал Шабельников.

И трое одноруких в одну ночь…

Нет, ребята, так дело не пойдёт. Мозги шкворчат… В сейфе стоял НЗ — четвертушная фляжка виски «Белая лошадь». Только эту фляжку, приказал себе Шабельников. Ни глотком больше.

Он был уверен, что именно так оно и будет.

Чубака не уснул. Укол ввергнул его в прострацию, которая скоро сменилась страхом. Он ворочался на узкой койке, прикрытый колючим одеялом, и никак не мог согреться. Он непрерывно трогал себе лоб, лазал ладонью под мышку — ну никак не получалась у него температура за тридцать восемь! Он вообще всегда был восприимчив к температуре — жалкие тридцать семь с половиной делали из него слизняка. А сейчас…

По пологу иногда начинал барабанить дождь. Время от времени где-то взрёвывал мотор.

В шестикоечном отсеке — язык не поворачивался назвать это «палатой» — он лежал один. С потолка свисала слабая синяя лампочка. За брезентовым пологом кто-то ходил туда и обратно.

Потом он услышал приглушённые голоса.

— Пал Ильич, а что у них там на самом деле?

— Не знаю, Костя. Говорят, выброс какой-то…

— Секретный?

— Вот именно. Так что помалкивай. И учти, тут стены — видимость одна…

Выброс, подумал Чубак. Что за выброс? На молокозаводе? На мебельной фабрике? Хотя… полигон-то меньше чем в ста километрах. Может, оттуда что-то?

Через несколько минут он был во власти паники. У Чубаки было слишком живое воображение.

Но здесь-то мы — совсем рядом, километра три! И что мы — совсем в безопасности? Если город накрыло?

Надо бежать…