Читаем Целое лето полностью

— Да. Сказал, что духи волнуются… Но всё равно, сначала надо бы его спросить. Это вопрос отношений, а они у тофов довольно тонкие.

— Конечно, спросим. Но постарайтесь его уговорить. Потому что он, мне кажется, наиболее полезен здесь, а для вас у меня будет другое задание. Причём там без вас никак не обойтись.

— Тугарин? — спросил я.

— Да. Тугарин.

— И что же на этот раз?

Шеф помолчал. Потом спросил:

— Алексей Евгеньевич, а как вы относитесь к умеренному пьянству на рабочем месте?

— Ну, если это не «Хеннесси»… Положительно. А что?

— Да вот подарили мне тут недавно бутылку виски, а выпить не с кем. И подумал я: а правильно ли я живу?

— Кир Вадимович, — осторожно сказал я, — у меня нехорошее чувство…

— Да ладно, — он махнул рукой, нагнулся — и выудил из стола бутылку какого-то незнакомого мне, но явно дорогого пойла, и два кубических стакана. — Можно подумать, вы не знаете, почему меня турнули из АП…

— Было много версий, — сказал я. — Но этой — точно нет.

— А ещё разведка, — хмыкнул он, разливая.

— Наши возможности безграничны вширь, — сказал я, — но не ввысь. Сияющие ледяные вершины…

— Льда нет, — сказал он.

— Это не препятствие для настоящих мужчин…

Я понюхал. Крепкий запах хорошо ухоженного сапога. Мне даже увиделось это голенище: красноватое матовое зеркало с благородными морщинками у шва…

— Ну, что: за успех нашего безнадёжного дела?

— За успех.

Виски и правда был хорош. Отменно хорош.

— Теперь можно и о само́м безнадёжном деле, — сказал шеф, поигрывая стаканом. — Теплых уже рассказал вам, что соседи развили чудовищную активность?

— Да. В общих чертах.

— Могу дать кучу подробностей, но вряд ли это понадобится в дальнейшем. В общем, есть предположения, и весьма веские, что они решили повторить то ли шестьдесят восьмой год, то ли семьдесят третий — но уже в контролируемом режиме.

— Выманить десант? Зачем?

— Ответов несколько. Скорее всего, начали испытывать дефицит в технике. Насколько я знаю, у них один из стационарных «посредников» вышел из строя. Они же их используют в коммерческих целях… Но есть и более тяжёлое подозрение. А именно… Повторим?

— Ещё столько же, и хватит.

— Я тоже так думаю. Так вот, есть подозрение, что многие, а может быть и все в руководстве Комитета, — уже не люди. Вернее, люди с перестроенной личностью. Активные пособники балогов. И что операция с якобы контролируемым десантом на самом деле лишь прикрытие для настоящей оккупации. Молниеносной оккупации.

— То есть, пока мы будем отвлекаться на этот десант…

— Да.

— А десант будет в Тугарин?

— Предположительно.

— А почему?

— Почему туда — или почему мы так думаем?

— Оба.

— Есть предположение — достаточно давнее, — что в шестьдесят восьмом в районе Тугарина приземлились два десантных корабля. Не один, а два. А ушёл один. Как они умеют маскироваться, мы знаем…

— Я ничего не слышал об этом.

— Я же говорю — только предположение. Аналитики раскидали номера попавших в наши руки десантников, и получилось, что номенклатура одной группы отличается от трёх других. Не исключено поэтому, что это разные экипажи. Подробности я уже не помню… Но на всякий случай время от времени ту местность мониторили. В девяносто третьем было зафиксировано явление, которое можно было интерпретировать как старт корабля…

— И об этом ничего не слышал.

— Это комитетчики зафиксировали. И промолчали. Нам-то это стало известно буквально вчера.

— И чего ж мы так?

— Это уже не ко мне вопрос.

— Ну да…

— Сейчас Комитет постепенно выводит из Тугарина и окрестностей все вооружённые силы — включая спецназ ФСИН, у которого там километрах в сорока тренировочный центр. Воронежская РЛС через две недели становится на внеплановую профилактику. То есть, если посмотреть…

— Я понял.

— Ну так что: навестить сестрёнку не хотите ли? Тем более, племянники взрослеют, там у них какие-то сложности с местной полицией…

— Основательные сложности?

— Пока нет, но организовать можем.

— Не стоит. По крайней мере, так сразу.

— У ребят, к сожалению, всего через один контакт действительно располагается матёрый уголовник, местный авторитет. Так что сложности могут возникнуть и без нашего участия. Ну и… многое другое. Справку по городу мы подготовили, но я не уверен, что она полная. Там действительно что-то шевелится… подспудно.

— Благоволин там?

— Неизвестно.

— Как вы считаете, с чем связан его побег?

— Основных варианта два: либо он пытается сорвать план Комитета, либо он играет в нём ведущую роль.

Я засмеялся почти в голос.

— Что полностью покрывает смысловое поле…

— Не совсем, — сказал шеф. — Скорее всего, Благоволин тоже уже не человек. Но он может играть как против Комитета, так и против Пути. Скажем, на стороне Замкнутых. Или на своей собственной. Он прихватил портативный «посредник» и Квадрата девятнадцать.

— Это который из Замкнутых?

— Нет, это другой. Он давно объявил себя перебежчиком и очень долго сотрудничал с Комитетом. Как я понимаю, идея клиники на озере Комо принадлежит ему.

— Интересно…

— На него у нас целое досье, и я не уверен, что оно полное. Почитаете в дороге. Там и ваших друзей касается…

— Каких друзей?

— Лосева и Бахтину. И отчасти Сизова.