Читаем Цель обнаружена полностью

После ухода суданцев Корт предложил Геннадию оставить людей на борту. С точки зрения безопасности он не видел никакой пользы в том, что русские будут бродить среди гражданских лиц. Но самолетом командовал первый пилот, а не безбилетник, и Геннадий сказал своим людям, что у них есть три часа до вылета, а вернуться нужно будет за час, поэтому до тех пор они могут делать все что угодно.

Через двадцать минут Корт и члены команды «ИЛ-76» покинули гнетущую жару и поднялись по лестнице от бокового входа в зал ожидания аэропорта. Корт едва сам не остался в самолете, но решил, что нужно будет присматривать за русскими, чтобы они не выкинули какой-нибудь номер. Он не взял с собой никакого снаряжения. Его пистолет остался в рюкзаке на борту самолета. Он не имел представления о здешних мерах безопасности и не хотел сталкиваться с риском обыска какими-нибудь ретивыми местными охранниками. Лишь бумажник, набитый евро, рублями и суданскими фунтами, оттягивал карман его летного комбинезона оливкового цвета. Лестница вывела их в практически пустой зал ожидания, меньше типичного американского супермаркета. Вокруг бродили редкие местные жители, а суданские солдаты сидели на полу или расхаживали с штурмовыми винтовками, повешенными на плечо стволом вниз. Сначала члены команды вместе со скрытым среди них иностранцем воспользовались уборными и сполоснулись, а потом нашли крошечный ресторан. Официант, назвавшийся египтянином (как будто русским было дело до этого), энергично приветствовал их и раздал меню. Никто из русских не говорил по-арабски. С другой стороны, Корт провел более чем достаточно времени в арабских странах, чтобы сделать заказ, но он придержал язык. Он не собирался отличаться от остальных, выступив в роли переводчика.

Геннадий распоряжался за столом. Судя по всему, он много раз бывал здесь; как осознал Джентри, в этом не было ничего удивительного. Откровенное пренебрежение африканского деспота к международным санкциям было в порядке вещей, как и готовность русских получить выгоду от этого… как и возмущение ООН каждый раз, когда там становилось известно об этом.

Пока они ждали еду, Корт продолжал незаметно осматриваться по сторонам. Глаза еще не вполне приспособились к мягкому освещению после яркого солнца снаружи. Он оглянулся через плечо и внутренне скривился.

Проклятье. Вот и белая женщина.

Совсем некстати.

* * *

— Прошу прощения, джентльмены. Кто-нибудь из вас говорит по-английски?

Элен широко улыбнулась, обратившись к пилоту, сидевшему во главе стола. Судя по осанке и выражению лица, она поняла, что он был здесь главным; он сидел с прямой спиной за столом среди мужчин в пропотевших летных комбинезонах.

В летной команде было пять человек; все они носили одинаковую зеленую униформу без именных табличек, эмблем, нашивок или знаков различия. Судя по стрижке и физическому состоянию, никто из них не был похож на военного, но Элен привыкла не делать поспешных выводов. Это могли быть военные пилоты, работавшие на Рособоронэкспорт, или бывшие русские военные. Без разницы.

— Да. Я немного говорю, — рыжий пилот улыбнулся ей и смерил ее медленным оценивающим взглядом. Элен понимала, что он делает это для развлечения коллег и что сейчас она представляет собой не особенно аппетитное зрелище. Она немедленно заклеймила этого мужчину как свинью, но напомнила себе, что может воспользоваться этим обстоятельством. Некоторые из других мужчин тоже придвинулись ближе к ней.

— Отлично, — сказала она с дружелюбной улыбкой, призванной успокоить их сомнения, хотя они и так не выглядели настороженными. — Элен Уолш, сотрудница ООН, — она произнесла эту ложь без малейшей запинки. — Очень рада видеть вас, ребята. Я уже три дня как застряла в Эль-Фашире. Дожидаюсь транспорта, чтобы выбраться отсюда в Хартум или в Порт-Судан… сейчас я уже почти готова улететь куда угодно, лишь бы подальше от этого аэропорта. Буду рада заплатить вам за помощь и уверена, что мое ведомство найдет общий язык с вашими работодателями.

Похотливый пилот явно не понял всего, что она сказала. Он несколько раз дернул головой. Элен знала, что говорит слишком быстро; ритм ее слов как будто следовал за учащенным сердцебиением.

— Вероятно, мы сможем договориться. Пожалуйста, присоединяйтесь к нашему ужину, а потом мы все обсудим.

— С удовольствием, — Элен села и улыбнулась, но она чувствовала, что этот тип не собирается пускать ее на борт. Он собирался держать ее поближе по личным причинам.

Теперь она понимала, что едва ли может надеяться улететь на этом загадочном самолете, но она приструнит этого козла и постарается вытянуть из него информацию или даже сумеет поближе увидеть самолет вместе с его грузом.

Это была игра для двоих. Она придвинулась ближе к нему.