Читаем Царица Хатасу полностью

– Добро пожаловать, Хартатеф! Объясни мне поскорей таинственный смысл твоего письма, – сказала она, нетерпеливым жестом указывая ему место на скамейке рядом с собой.

Молодой человек сел и сказал без всяких предисловий:

– Я знаю, где убежище Хоремсеба, он не сможет долго пробыть там в безопасности. От тебя зависит, как я поступлю с ним: донесу ли на него и погублю, или спасу. Он скрывается в древнем некрополе под Мемфисом, в одной из разграбленных усыпальниц, где живет известный колдун, прятавшийся одно время во дворце чародея. Я предполагаю, что этот человек – хетт и имел сношения с преступным ученым, погубившим Хоремсеба, так как тот тоже бесследно исчез. Я не скажу тебе, каких трудов стоило мне напасть на след князя. Но в результате я знаю, что он прячется в некрополе. Я видел его, когда он выходил ночью подышать чистым воздухом, и ясно, что он умрет с голоду, если это будет так долго продолжаться, или его схватят, если осмелится покинуть убежище. Однако я могу его спасти и сделаю это из преданности к тебе… если ты вознаградишь меня, как я желаю.

Нейта, задыхаясь, слушала его. Она не сомневалась больше.

– Ты, ты, Хартатеф, соглашаешься спасти его? Но каким образом и какой ценой?

– Средство очень простое: я явлюсь к нему ночью и, объяснив ему, что я друг, уложу его в ящик для мумии. Никто не заподозрит ничего, и на глазах у всех я отвезу его в какой-нибудь город, где он мог бы присоединиться к какому-нибудь каравану, отправляющемуся в Вавилон или Тир. Что же касается награды (он наклонился и устремил огненный взор в смущенные глаза молодой женщины), то ею будешь ты сама, так как я никогда не переставал любить тебя. Твой брак с Хоремсебом в любом случае будет расторгнут, а Саргон умер. Таким образом, ничто не мешает тебе стать моей женой по окончании траура. Обещай мне стать моей женой, и я спасу того, кого ты любишь.

– О! Не счастье приношу я любящим меня людям, а гибель и смерть! Тем не менее, если ты хочешь связать свою жизнь с моей роковой судьбой, то пусть твое желание исполнится. Спаси Хоремсеба, и я буду твоей женой. Вот тебе моя рука как залог моего слова. Только позволь мне повидаться с ним в последний раз, прежде чем он навсегда покинет Египет.

Хартатеф крепко пожал ее руку и, удерживая в своей, серьезно сказал:

– Конечно, я ни на минуту не задумался бы устроить тебе это свидание, но суди сама, возможно ли это. Ты не можешь покинуть Фивы, а привезти сюда беглеца было бы почти смертельным риском. Если мы хотим избавить его от ужасной участи (его будут пытать и замучают живым), то нужно…

Нейта хрипло вскрикнула.

– Замучают живым! Да, да, Хартатеф, дай ему возможность как можно скорей бежать из Египта. Я не хочу его видеть, лишь бы только он был спасен. Но удастся ли тебе это одному? И чем несчастный будет жить?

– Успокойся! Меня будут сопровождать несколько верных людей, и я снабжу Хоремсеба суммой, которую мы вместе определим. В Тире же или в Вавилоне он найдет поддержку у жрецов Молоха. Я принесу тебе от него письмо в доказательство того, что я сдержал свое слово.

Хартатеф встал:

– Я должен отправляться. Каждая минута дорога. Прощай, Нейта! Чтобы приобрести тебя, я рискую своей головой, но ты для меня дороже жизни. Да помогут мне боги снова благополучно свидеться с тобой!

Он быстро привлек к себе Нейту, поцеловал ее и бросился вон из павильона. В дверях он остановился и помахал ей рукой на прощание.

– До свидания! Моя невеста!

Разрываясь между страхом, надеждой и мрачным унынием, Нейта ушла в свою комнату и запретила впускать кого бы то ни было.

Как Роанта рассказывала своей подруге, Изиса вернулась в Фивы под покровительством Хартатефа, Жрецы позволили молодому человеку приютить в своем доме сироту, которую он спас от неизбежной смерти. Выздоравливающую поместили в небольшую комнату, выходившую в довольно большой сад. Старой экономке было поручено ухаживать за ней.

Узнав об этом, обуреваемая недоверием и ревностью, явилась Ганофера с предложением своих услуг для ухода за больной. Находясь под странной властью мегеры, Хартатеф принял предложение.

Изиса очень изменилась. Она была необыкновенно бледна и слаба, а остриженные волосы делали ее похожей на мальчика.

Рансенеб и Рома посетили Изису. Исследовав рану и задав ей несколько вопросов, они уверили молодую девушку, что ей не грозит никакая опасность и что ее призовут к допросу только тогда, когда она окончательно отдохнет и окрепнет.

После ухода жрецов Изиса осталась одна. Несмотря на страшную усталость, она вышла в сад.