– …Осиротели мы с потерей Дмитрия… Только это горе нас не разметало в разные стороны… Наоборот сблизило… Потрясение и ужас потери не сломал нас, ладо мое… Я люблю тебя еще крепче… Взгляни на меня веселей и ласковей… Ты ведь про Сретение неспроста сегодня мне напомнила – то тебе был добрый знак Богородицы… Царицы Небесной знак, Матери всего живого и сущего… А мне русский Бог Никола Чудотворец, как отцу отец, еще ранее знак добрый подал – все будет славно у нас, до поры, до времени, по крайней мере… А там уж, как Богу будет угодно – если не прогневим его чем, если наши враги и недруги не пересилят… Отгони от сердца своего, царица души моей, все черные мысли и ожидания, развесели свое сердце и душу надеждой светлой и нашей неугасимой любовью, что сильнее смерти…

Анастасия присела рядом с царем, взяла его сухую сильную теплую руку, пахнущую овчиной, и стала целовать ее.

– Я так хочу подарить тебе царевича, царь мой любимый и обожаемый… – она снова всхлипнула, но тут же остановила слезный приступ, не желая огорчать слезами супруга.

Иван погладил другой рукой ее волосы под взбившимся платком и, задыхаясь от невыносимой нежности и жалости к самому любимому на свете существу, простонал:

– …Ярочка моя нежная, стыдливая… Нет у меня никого на свете, кроме тебя… Только ты одна… Единственная и неповторимая… Любовь моя…

<p>2. Взятие Астрахани и изменники</p>

Со светлыми ожиданиями рождения царевича царь Иван, окруженный любовью благочестивой царицы Анастасии, и не убитый вконец печальными событиями на Белозерском богомолье с прежней ревностью и охотой отдавал все силы делам государственным. Главным делом 1553 – 1554-х годов было усмирение завоеванного им казанского царства и завоевание Астраханского. Брата своего первого советника в «ближней» Думе Алексея Адашева, воеводу Данилу с небольшим, но сильным войском царь послал на Каму, а огромное войско под началом отмеченных доблестью воевод Семена Микулинского, Андрея Курбского и Ивана Шереметева послал в казанские земли на мятежников.

Войска, выступив зимой, в самые жестокие морозы, успешно воевали несколько месяцев, разорили в казанских землях возведенную мятежниками новую крепость, уничтожили более десяти тысяч вооруженных неприятелей и взяли в плен вдвое больше. Отличившиеся воеводы получили от государя самые лестные награды того времени – золотые медали – а особо отличившийся в разгроме восставших татар и черемисов князь Андрей Курбский был пожалован царем в бояре…

Усилия бунтовщиков ослабли, черемисы, вотяки и прочие племена в казанской земле просили у московского царя милосердия, обязуясь блюсти ему верность и платить дань. Царь милостиво принял в Москве старейшин племен и дал им жалованные грамоты. Догадывался царь, что на этом мятежи и бунты не закончатся, только на какое-то время оказались развязанными руки царя для завоевания Астрахани. К тому времени посла московского обесчестили и держали в неволе в далекой Астрахани: вот и воспользовался царь удобным случаем, развязав себе руки в казанской земле, возвратить себе древнерусские земли Тмутаракани, где когда-то княжил сын Владимира Святого, князь Мстислав…

Умыслил царь Иван сразу после появления на свет своего потомства послать свою рать на Астрахань… Наконец, когда царица Анастасия подарила царю такого долгожданного сына Ивана, а случилось это 28 марта 1554 года, он решился на астраханский поход… Траур по царевичу Дмитрию снят, все вместе с царем надеются на чудные благотворные в Русском государмтве. Царь был вне себя от великой радости, он искренне верит, что он снова в согласии с Господом, потому и добрый его знак надо использовать по назначению – ради интересов Отечества… Сразу же после ледохода 30-тысячное войско под началом сильного воеводы, князя Юрия Пронского-Шемякина поплыло на судах по Волге на Астрахань. Туда же отправилось войско вятских служилых людей под началом князя Александра Вяземского.

Трудно было предполагать, какое сопротивление окажет последний из астраханских ханов Ямгурчей, который одно время даже хотел быть данником Москвы, но потом, обольщенный мнимым покровительством турецкого султана, пристал к союзу с крымским ханом Девлет-Гиреем и ногайским – Юсуфом. Многие же ногайские мурзы, противники Юсуфа, просили царя, чтобы он отдал Астрахань изгнаннику Дербышу, прежнему властителю астраханскому – еще до Ямгурчея – и готовы были помочь московскому войску. Потому для покорения Астрахани Иван послал гонца в ногайские улусы с призывом к Дербышу срочно выступать и помочь отборному московскому войску.