Читаем Царь Иисус полностью

— Неправильно. Здесь посланец приходит к моей госпоже, второй Еве, и говорит ей: «Сделано». Она заворачивается в саван и становится третьей Евой, а возле нее собака, сова и верблюд.

— Нет. Это Ревекка сходит с верблюда и покрывает лицо при виде нашего отца Исаака, который подходит к ней, чтобы предложить стать его женой. Так написано.

— Неправильно. Здесь народ Хеврона оплакивает Адама. Дурак, неужели тебе неведомо, где ты стоишь? Это самое дальнее помещение пещеры Махпел. Злой Иосия заложил вход сюда, но мы, кинеяне, хорошо храним тайну второй двери. Гляди, здесь моя госпожа, третья Ева, несет ободранные кости Адама в эту самую пещеру, чтобы положить их в погребальный ковчег.

— Нет. Это дети Израиля оплакивают Моисея на вершине Фасги. И Господь в облаке, чтобы люди не увидели Его лица и не умерли, хоронит его тайно в долине Моавитской. Так написано.

— Неправильно. Здесь тебе нечего сказать, потому что наконец-то ты видишь мою госпожу в Троице. Мою госпожу, первую Еву, белую, будто она больна проказой, мою госпожу, вторую Еву, черную, как шатры моего народа, мою госпожу, третью Еву, которая милосердно покрыла свое лицо, чтобы ты не умер. Гляди, как дух Адама простерся перед моей тройственной госпожой и завладел ею с ее согласия, а Азазел, пораженный, смотрит на них.

— Нет. У меня есть, что возразить тебе! Это Моисей жалуется Господу на свою сестру Мириам, а рядом его брат Аарон, который насмехался над его женой-эфиопкой. Аарон простерт перед Господом, который наказал Мириам проказой. Так написано.

— Неправильно. Твои увиливания тебе не помогут. Гляди, здесь моя госпожа отвечает на мольбу Адама. Его дух подымается от сухих костей в погребальном ковчеге и, угрожая Азазелу, еще раз поворачивает колесо жизни. Он еще раз родится у моей госпожи, первой Евы, и будет ей сыном и Азазелу — братом-близнецом.

— Нет. Все не так. Это царь Саул разговаривает с волшебницей из Ен-Доры, которая вывела дух Самуила из костей Самуила. Так написано.

— Неправильно. Всё здесь, клянусь именем Матери! Здесь кончается красная табличка, и надо взять золотую табличку, где моя госпожа, первая Ева, в родовых муках лежит под пальмой.

— Я уже на все ответил. Зачем начинать сначала?

— Твои ответы не годятся для моей тройственной госпожи.

— Сущий Бог, в которого я верю, гораздо могущественнее твоей госпожи. Он может сотворить нечто из ничто. Он может сделать то, что было, не бывшим вовсе. На ее древних табличках завет смерти, и Господь Бог перевернул их и отставил в сторону у колодца в Кадесе, когда Он через своего раба Моисея провозгласил новый завет жизни. В Книгах Моисея есть этот завет. Они хранятся в святом ковчеге в каждой синагоге, где живут евреи, а сам завет начертан на таблице каждого верного Господу сердца.

— Как бы Он ни был могуществен, сумеет ли Он освободить тебя из дома смерти в долине смерти? Еще ни один человек, поносивший мою госпожу в ее доме, не вышел отсюда живым. Дурак, на этом месте прощаются с жизнью все безрассудные дураки. Коридор завален их костями.

— Написано: «Если я пойду и долиною смертной тени, не убоюсь зла, потому что Ты со мной…» Моя судьба будет такой, какой назначит ей быть Отец, а не твоя госпожа. Нет надо мной власти Женщины. Я пришел разрушить сделанное ею.