Читаем Трущобы Севен-Дайлз полностью

– Я не знаю, что в моих силах делать дальше, миссис Питт. У полиции нет причин кого-то допрашивать. Меня пару раз довольно грубо выставили за порог и посоветовали не совать нос в чужие дела. Я был вынужден притворяться, что это связано с кражей. Мол, мистер Гаррик мог быть свидетелем. – Телман поморщился, как будто необходимость лгать доставляла ему физическую боль. Интересно, подумала Шарлотта, догадывается ли Грейси, чего ему стоит выполнение ее просьбы? Она посмотрела на спину служанки – прямую и напряженную. Сейчас внимание Грейси было целиком и полностью сосредоточено на сковороде: осторожно приподняв лопаткой готовое жаркое, она положила его цельным куском на тарелку.

– Спасибо. – Телман с видимой благодарностью взял у нее тарелку. Однако взялся за еду лишь после того, как Шарлотта легким кивком указала, что он может приступить к трапезе.

– Что нам теперь делать? – спросила Грейси, уменьшая пламя в плите и заваривая чай. – Нельзя же оставлять все как есть. Он ведь не растворился в воздухе. Если с ним что-то случилось, то, скорее всего, убийство. Или обоих, или одного Мартина. – Она повернулась к Шарлотте. – Вы считаете, что с мистером Гарриком случился припадок буйства и он ударил Мартина так сильно, что тот умер? А теперь они покрывают его, чтобы спасти от суда? Или даже отправили его за границу или что-то в этом роде?

Шарлотта уже было сказала «Нет, конечно!», как вдруг поймала себя на том, что тоже рассматривает такую возможность. Телман шумно вздохнул, но у него был полный рот еды.

– Думаю, нам следует как можно больше узнать про этих Гарриков, – сказала Шарлотта, осторожно подбирая слова.

Грейси тут же навострила уши.

– Вы снова попросите леди Веспасию? – спросила она с надеждой в голосе. Она была наслышана про помощь Веспасии в расследовании других случаев, а один раз сподобилась видеть ее воочию и даже ответить на ее вопрос. Однажды Веспасия посетила Кеппел-стрит. Для Грейси ее визит был сродни визиту самой королевы. Правда, королева была невысокого роста и пухлая, Веспасия же – величественная и прекрасная, как и подобает настоящей монархине. Но что еще важнее, она искренне хотела помочь в расследовании преступлений. Да, это была истинная леди, с присущим ей вкусом и шиком, но она помогла им раскрыть не одно дело, а значит, была частью их тесного круга. – Она не может не знать, – добавила Грейси. Ей самой очень хотелось в это верить.

Шарлотта посмотрела на ее взволнованное лицо, затем на Телмана, который не выносил аристократов и тем более разного рода любителей, вмешивающихся в дела полиции, особенно женщин. Заметив в его глазах нечто вроде насмешки, правда, непонятно, в чей адрес, она не стала ничего говорить, как будто в знак молчаливого согласия с его мнением. Когда же он тоже промолчал, она кивнула.

– Вряд ли я смогу предложить что-то лучше. Мы уже признали, что для полиции нет повода вмешиваться, хотя здесь явно что-то не так, – согласился он. – Так что на помощь стражей порядка рассчитывать не приходится.

***

В тот вечер было слишком поздно даже звонить тете Веспасии. Но утром Шарлотта нарядилась в свое лучшее выходное платье, пусть даже и прошлогоднего фасона, который, впрочем, она не видела смысла как-то менять. После перехода Питта из кресла начальника отделения на Боу-стрит в Особую службу у нее не возникало повода, да и случая, посещать какие-то важные общественные мероприятия. Но лишь сейчас, глядя на приевшийся гардероб, она осознала это со всей силой.

Увы, новое платье – не говоря уже про модное! – в нынешних обстоятельствах было для нее непозволительной роскошью, тем более что ей есть что надеть. А ведь еще недавно они с Питтом переживали, хватит ли им денег на еду и уголь.

Обиднее всего то, что она лишена возможности помочь Томасу, что было бы важно само по себе, а кроме того, дало бы ей повод позаимствовать пару-тройку нарядов у Эмили или даже у тети Веспасии. Та хотя и старше ее на два поколения, однако примерно одного с ней роста.

Вытащив из шкафа платье цвета спелой вишни, она надела его и в целом осталась довольна: оно сидело на ней идеально. Найти подходящую шляпку оказалось намного сложнее. Шарлотта остановила свой выбор на черной, с легким красноватым отливом. Не сказать чтобы шляпка эта ей действительно нравилась, просто ничего лучше не нашлось. Но какой визит без шляпки! И куда важнее, нежели ее собственные чувства, вдруг в одно и то же с ней время Веспасии нанесет визит кто-то еще? Не ставить же тетушку в неловкое положение!

Никто не любит бедных родственников, даже дальних, и уж тем более тех, у которых напрочь отсутствует вкус в одежде.

Грейси проводила ее с энтузиазмом и даже дала напоследок пару советов. Она бы никогда не позволила себе подобную дерзость, но волнение взяло верх над правилами хорошего тона.

– Нужно узнать, что это за семья, – сказала она, нахмурив лоб. – Они явно с ним что-то сделали, и мы должны выяснить, что и почему.

– Я скажу Веспасии правду, – ответила Шарлотта, стоя на крыльце и глядя на небо. День был прекрасный, солнечный, хотя и зябкий.