Читаем Троцкий полностью

После победы Франко в Испании часть советской агентуры, специализировавшейся на устранении неугодных Сталину лиц, перебазировалась в Мексику. Им здесь покровительствовали толпы сталинистов. В начале 1940 года кампания травли Троцкого усиливалась. 1 мая 20000 коммунистов вышли на демонстрацию в Мехико с требованием его высылки. В этот период осатанелой пропаганды в доме Троцкого стал появляться некий Джексон, с которым один из секретарей Троцкого познакомился в Париже перед заседанием Учредительного конгресса Четвертого Интернационала.

О Джексоне было известно, что он преуспевающий буржуа, разбитной малый с пристрастием к спорту. Он, вроде бы, сотрудничал в одной из нефтяных компаний и появился в Мексике в одно время с Росмерами осенью 1939 года. Некоторое время он не появлялся в койоаканской крепости. Его знакомство с Сильвией Агелоф было, как выяснилось позднее, далеко не случайным: оно было подготовлено агентами НКВД. И Сильвия, и ее сестра были троцкистками; сестра Сильвии время от времени работала секретарем и курьером Троцкого. Сама Сильвия будто бы сошла со страниц бесчисленных детективных романов: одинокая, некрасивая, типичный «синий чулок». У нее были способности к языкам, и она знала русский.

Джексон (в Париже он назывался Морнаром) позднее оказался Рамоном Меркадером, испанцем из Каталонии, мать которого, по рождений) кубинка, была воинствующей сталинисткой. Жила она во Франции, и у нее были контакты с чекистами. Красивый, вежливый, всегда изысканно одетый Меркадер окружил Сильвию вниманием. Швыряя деньги направо и налево, он прокатил ее через всю Францию: она объясняла это его буржуазностью. Задним числом разработанная советскими агентами «легенда» Меркадера не кажется столь уж безупречной. Даже в то время Сильвия видела противоречивость его поведения. К тому же его безразличие к политике должно было насторожить даже троцкистку, пренебрежительно относящуюся к капиталистам. Именно это пренебрежение и заставило Сильвию клюнуть на его легенду.