Читаем Тротиловый эквивалент полностью

В доме царил полумрак: дизель включают, когда совсем стемнеет, экономят горючее. Глебыч копошился в зале, что-то напевал под нос, скрипел деревом – наверное, тумбочки двигает.

Я осторожно снял резиновые сапоги, поставил их в угол. Достал пистолет, в левую руку взял ватерпас. Ну все, пошли…

Глебыч стоял спиной ко входу, согнувшись, – осторожно сдвигал с места тумбочку, миллиметр за миллиметром. Ну, Глебыч! Ты меня совсем за больного держишь? Что я, по-твоему, каждый квадратный сантиметр здесь должен был заминировать?!

– Тихо, Глебыч, – прошептал я, упирая ствол в затылок своего старого друга. – Ручки…

Глебыч замер, как вкопанный, и очень медленно поднял руки.

Приятно иметь дело с военными. Я знавал товарищей, которые безгранично верят в свою мощь и удаль. И не правильно реагируют на такую мелочь, как приставленный к затылку ствол. Жаль их, они все быстро умирают и не дают тебе возможности поиграть с ними.

Глебыч – товарищ очень военный. Работа у нас такая, привыкаешь, что устройство, с которым ты работаешь, надо очень чутко слушать, чувствовать его.

И в любой момент надо быть готовым замереть как статуя с проводком в руках или пальчиком на кнопке.

– Салам, Шах, – голос Глебыча мгновенно охрип. – Кхм-кхм… Давно не виделись… Кхм… Убивать будешь?

– Не буду, – пообещал я, протягивая через плечо своего друга ватерпас стеклом кверху. – Держи обеими руками, за концы. Осторожно!

Глебыч осторожно взялся за концы ватерпаса. Я выровнял его, чтобы пузырек воздуха находился точно посередке стеклышка.

– Теперь все время следи за пузырьком, – я сунул палец под ватерпас и нажал на обратную сторону указательным пальцем. Сымитировал активацию.

Тот факт, что ничего там не пискнуло, для Глебыча значения не имеет: подавляющее большинство профессионально сработанных СВУ не издают никаких звуков. Различные сигнальные «примочки» на устройствах имеют, скорее, демонстрационный характер – это для среднего пользователя, чтобы ничего не путали в последовательности операций.

– Ты че там затих, Второй? – прошипела станция из нагрудного кармана Глебыча. – Пара минут давно кончилась… Второй?

Глебыч только сглотнул слюну – уши чуть шевельнулись.

Так, пора и честь знать. Пара слов – и разбежались.

– Догадываешься, что это?

– Угу, – Глебыч теперь был той самой статуей, только без проводка – отвечал одними губами. – Уровень… Сколько там?

– Там всего тридцать грамм. Хватает?

– Угу… Кхм… Как дела, Шах?

– Отлично, Глебыч, – я обогнул своего друга, приблизился к окну и в несколько приемов распотрошил зимнюю «укупорку» из ваты и бумаги. Затем с некоторым усилием открьш шпингалеты и распахнул окно – в комнату ворвался сквозняк.

– Пока, Шах, – прошептал Глебыч, не сводя взгляда с ватерпаса. – Скоро встретимся.

– А вот это не обязательно, – я встал на подоконник и обернулся на прощание: – Если ты выкарабкаешься из этой ситуации, подумай хорошенько. Может, вам не стоит охотиться за мной? Тут других дел хватает, займитесь чем-нибудь попроще…

***

В Хамби-Юрт я вернулся уже в глубоких сумерках. На дальних подступах к селу и у самого въезда стояли наши посты наблюдения: меня дважды остановили, проверили, кто такой. Посты были замаскированы – если бы не остановили, я бы их не заметил. Это хорошо, враг не застанет нас врасплох.

Аюб, похоже, не ожидал каких-то результатов от моей поездки.

– Прогулялся? – спросил он безразличным тоном.

– Прогулялся, – я отдал «пряжку» Курбану, чтобы он перегнал запись в обычный формат, затем перемотал пленку на простой камере и включил воспроизведение. – Посмотрим, что там у нас получилось…

– Так они там были?! – воскликнул Аюб, когда начали мелькать первые кадры.

– А зачем, по-твоему, я туда катался?

Аюб, не отрываясь, смотрел запись и качал головой. В его взгляде я увидел ликование. Можно было оставить без внимания то, что получится на «пряжке», – моя камера все-таки сработала. Вся компания была у нас в кадре.

– Вот этот мелкий… – Аюб периодически останавливал запись, любуясь на изображения наших оппонентов. – Вот этот здоровый… Ага… Вот этот у них главный… Вот этот…

Мы посмотрели запись несколько раз – Аюб, казалось, не мог налюбоваться на эту команду специалистов.

– Фотки сделаем?

– Запросто, – я отдал камеру Курбану. – Перегони, обработай в цифре, сделай в нескольких экземплярах три плана.

– Ну, теперь им крышка, – Аюб сжал кулак и потряс им – вот, мол, где они у меня теперь! – За голову каждого дам хорошие деньги. Вся Чечня теперь за ними будет охотиться. Денег на это дело я не пожалею, их у меня хватает… Слушай – не ожидал. Ты настоящий мастер. Точно, тебя не зря пригласили.

Теперь он смотрел на меня с обожанием – сейчас целовать бросится. Вот такой человек. В обед хотел убить, теперь любит. Надо будет побыстрее Сулеймана вытащить. Работать с его братом как-то не того… Некомфортно. Он, может быть, и народный герой, но на голову немного больной, это факт.

– Ну все, – Аюб довольно потер ладони. – Давай покушаем и отдыхать будем.

Сегодня был тяжелый день. А этими чмошниками займемся завтра, прямо с утра.