За развитием яиц наблюдает петух. Он дежурит у «инкубатора». Если от гниения листьев в куче развивается слишком высокая температура, петух разгребает лишний слой земли или делает сбоку глубокие отдушины. Если тепла мало, он подбрасывает сверху еще немного мусора. Для измерения температуры у петуха есть свой «градусник» – внутренняя сторона крыльев у него не оперена, и, прикасаясь голым телом к гнезду, петух инстинктивно узнает, какова в нем температура.

Иногда в холодную погоду верхний слой мусорной кучи переохлаждается больше, чем обычно. Измерив своим телом его температуру, петух приходит в смятение: могут замерзнуть яйца! Он набрасывает сверху много нового мусора, и птенцы под его тяжестью оказываются погребенными заживо. (Инстинкт слеп!)

Вышедшим из яиц цыплятам предстоит нелегкая работа – нужно выбраться на поверхность из-под слоя земли и мусора толщиной иногда до 1–2 метров. Но новорожденные птенчики далеко не беспомощны. Они рождаются уже совершенно оперившимися, очень крупными и сильными. Как кроты, неутомимо роют они землю и ногами и крыльями и вскоре вылезают на чистый воздух. Обсохнув на солнце и отряхнувшись, молодые телегаллы начинают самостоятельную жизнь. В это время они уже умеют летать!

На наших болотах и реках водится птица, которая тоже обогревает свое гнездо теплом гниющих растений. Это поганка, или чомга. Построенное из старого тростника гнездо чомги, точно миниатюрный плот, свободно переносится ветром из одной части озера в другую. Тепло гниющих растений, на которых лежат яйца, предохраняет их от охлаждения снизу. Конечно, примитивный «парник» чомги лишь отдаленно напоминает мощные «инкубаторы» телегаллов.

Многие птицы при постройке гнезд прибегают к весьма хитроумным способам.

В Бразилии почти всюду на толстых ветках больших деревьев, растущих вблизи лесных хижин и деревень, можно увидеть довольно увесистые комки глины. Небольшие красно-желтые птички, похожие на дроздов, с пронзительным криком суетятся около деревьев. Это птицы-печники, а глиняные «дыни» на деревьях – их гнезда. Каждое гнездо – настоящий «кирпичный» домишко с сенями и горницей.

Самец и самка строят гнездо сообща. Сначала заготавливают «кирпичи» – скатывают из глины крупные, комочки, величиной с ружейную пулю. Для прочности к глине примешивают растительные волокна. (Инстинкт мудр!) Кирпичи приносят на дерево. На толстом суку складывают из них фундамент будущего гнезда. У птиц нет другого инструмента, кроме клювов и лапок, но с помощью этих несложных «орудий» они быстро заканчивают основание дома и начинают возводить сводчатые стены. А затем крышу в виде купола. В одной из стен оставляют круглое отверстие. Это дверь. Внутреннее помещение перегораживают на две комнаты. И дом готов!

Но случается, что глиняный домишко рушится прежде, чем его успевают заселить. Пернатые каменщики лепят иногда на одном суку столько домиков, что сук обламывается под тяжестью глины. (Инстинкт слеп!)

Калао-носорог при строительстве гнезда тоже пользуется глиной. Но совсем с особой целью.

Калао водятся в Индии и гнездятся, в дуплах деревьев. Лишь только самка заберется в дупло и отложит там первое яйцо, самец начинает замазывать глиной вход в дупло и вскоре замуровывает в нем свою подругу. Оставляет он лишь небольшую щель, через которую самка может просунуть только клюв. Несколько недель, пока из яиц не выведутся птенцы, она остается в заточении. Все это время самец находится поблизости и кормит узницу насекомыми и плодами. Когда птенцы выведутся и окрепнут, самец толстым клювом разламывает глиняную стенку и выпускает самку с детьми на свободу. Странные у супругов отношения…

Оказывается, во время насиживания самка птицы носорога линяет. У нее выпадают сразу почти все перья. В таком виде птица совершенно беспомощна. Вот почему самец замуровывает ее в дупле. За глиняной стенкой ей и тепло и безопасно.

Но если самец погибнет, умрет и самка: без его помощи она не сможет выбраться из заточения. (Инстинкт слеп!)

«Божественный разум» глуп!

Муравьи, птицы, рыбы, осьминоги, с которыми мы только что познакомились, все поразительно «изобретательны» и «умны». Подумать только – птица шьет из листьев гнездо нитками, скрученными из растительного пуха! Осьминог умеет вовремя подкинуть камень в раскрытую раковину моллюска, а сорная курица строит инкубатор!

Кто научил бездумных тварей уму-разуму? Богословы говорят, что бог.

Еще в конце XIII века один из теоретиков католического догматизма Фома Аквинат писал в своих богословских сочинениях, что в животных заложена творцом частица «божественного разума». Это внушение свыше (instinctus) и есть инстинкт, который мудро руководит поведением животных.

Но каждый наблюдательный натуралист знает, что инстинкт (или «божественный разум» в поповском лексиконе) не только мудр, но и слеп. Мудр он лишь в тех условиях внешней среды, к которым животные приспосабливались веками.