Бегал тиранозавр на двух задних ногах. Его чудовищные лапищи отмеривали гигантские шаги: в четыре метра длиной! Он, значит, без особого труда мог бы перешагнуть через слона средних размеров! Появление тиранозавра наводило ужас на древних обитателей нашей планеты. От его зубов многие ящеры по примеру стегозавра спрятались в своей окостеневшей шкуре, как в блиндаже.

Ужасные чудовища водились и в океане. А над волнами древнего моря, словно чайки и альбатросы, летали многочисленные крылатые создания. И это тоже были ящеры! Одни – ростом не больше дрозда, другие мало уступали дракону святого Георгия.

Самый замечательный крылатый ящер – птеранодон. У него беззубая голова длиной около метра, с гребнем-рулем на затылке. Кости черепа тонкие, как бумага; крылья у птеранодона огромные – до 8 метров в размахе! – а небольшое туловище подвешено под ними в виде маленького мотора на гигантском летательном аппарате. Почти всю жизнь птеранодон проводил в воздухе, паря над поверхностью моря, и лишь для откладки яиц опускался на скалы.

Прошло уже больше 60 миллионов лет, как последний птеранодон пролетел над волнами океана. На Земле наступило великое вымирание ящеров. Никогда прежде смерть не пожинала столь обильной жатвы. Новые животные – млекопитающие звери начали завоевание планеты, вытесняя отовсюду неуклюжих «драконов».

Последний из них вымер более чем за 60 миллионов лет до того, как христианские попы превратили Персея в святого Георгия – предводителя всех драконоборцев.

Отпечатки пальцев праведного Ноя

Один доисторический дракон, бродивший по пляжам ныне исчезнувших морей, оставил на окаменевшем песке столь странные следы, что благодаря им чуть не попал в святые праведники.

В 1824 году в Англии, около города Тарпорли, рабочие старых каменоломен обнаружили на гладких плитах песчаника отчетливые отпечатки… человеческих ладоней. Расположение пальцев, их пропорции – все как у человека. Только размеры крупней да кончики пальцев потоньше. Большой палец сильно оттопырен в сторону. Перед отпечатком огромной руки виден след маленькой, видимо детской, ручки.

Распространился слух, что следы принадлежат сатане, который, спускаясь через каменоломни в ад, выжег их на камнях, за которые хватался своими огненными лапищами. «Гипотеза» не оригинальная. Церковь заменила этот домысел другим. Отпечатки ладоней принадлежат не сатане, а Ною с семейством!

Вот где истина. Ной, плавая в ковчеге по бурному морю, пристал к берегу, очевидно, не на горе Арарат, как раньше предполагали, а у скал туманного Альбиона.

– Почему же, – робко вопросили, некоторые скептики, – он оставил здесь следы не своих сандалий, а рук?

– Но как не понять такой простой вещи! – отвечали им сообразительные патеры. – Когда ковчег пристал к берегу, Ной и его домочадцы – смотрите: вот отпечатки ручонок его детишек! – схватились руками за скалы, чтобы их посудину не унесло обратно в океан. Держались крепко, и камни на веки вечные благоговейно сохранили память о прикосновении рук праведного человека. Проходили столетия, ветер и текучие воды засыпали песком Ноев причал, и вот лишь теперь люди случайно его раскопали.

Действительно, все объяснялось очень просто.

В 1834 году, ровно через десять лет после описанных выше событий, в Германии было опубликовано «Открытое письмо профессору Блуменбаху об очень странных следах какого-то доисторического крупного и неизвестного животного, открытых несколько месяцев тому назад в песчаных карьерах на горе Гесс у города Хильдбургхаузена».

Хильдбургхаузен расположен в Тюрингии, неподалеку от города Эрфурта. Песчаник, который здесь добывают в каменоломнях, окрашен в темно-красный цвет. Церковь в Гейдельберге и Страсбургский собор построены из такого же камня. Этот песчаник бывает обычно расчленен на естественные плиты, совершенно не спаянные между собой. На поверхностях, которыми верхняя и нижняя плиты соприкасаются друг с другом, часто находят окаменевшие отпечатки допотопных животных. Нижняя плита сохраняет сам отпечаток, а верхняя – заполняющий его выпуклый рельеф породы – своего рода каменный «слепок» с оригинала нижней плиты.

Так вот в пластах эрфуртского песчаника тоже нашли странные следы человеческих рук. Поскольку находка стала достоянием науки, немедленно разгорелся ученый спор. Некоторые палеонтологи недолго, видно, обдумывали свои предположения. Доктор Ф. Фойгт, например, утверждал, что следы принадлежат древней обезьяне, которую он поспешил назвать палеопитеком. Александр Гумбольдт возражал ему: обезьяны водятся в тропиках, а Хильдбургхаузен, как известно, расположен ближе к полюсу, чем к экватору. Скорее всего, следы оставило какое-нибудь древнее сумчатое вроде кенгуру.

Гигантская жаба, пещерный медведь и павиан мандрилл тоже были выдвинуты в качестве гипотетических претендентов на обладание странными следами.