Читаем Тропа плача полностью

В черных, словно сама ночь, плитах бесконечного зала отражались трон и властелин на нем. Пусто было вокруг, ничто не нарушало думу его, лишь заблудившийся ветерок осмелился шевелить складки пурпурного плаща. Много он знал, кроме главного – как освободить Три сферы от кабальной зависимости… Ход его мыслей прервало навязчивое, ободранное существо, прокравшееся к ступеням трона. Оно и не подозревало, сколь хорошо его видел властелин. Увы, но даже желаниям подданных невозможно укрыться от его очей. Существо оказалось сильно измятым и больше всего походило на драного кота. Было очевидно, что еще немного, и владелец замучит его совсем. Властелин одной рукой поймал «кота» и вздохнул.

Перед троном появился человек в монашеском одеянии.

– Твое сокровище? – скорее утверждая, нежели спрашивая, произнес властелин.

– Виноват я, отпусти, сил нет…

– Ну, если не надолго, поохотиться, – усмехнулся владелец пурпурного плаща.

У трона появились четыре огромных мастифа. Сверкнула яркая вспышка, и все пропало.

Дубрава Первой сферы практически не отличалась от земной, по крайней мере такой она запомнилась Дандо. Черный конь легкой рысью нес своего седока вдоль тропы под сенью огромных дубов. Запахи живого леса щекотали ноздри, предательски дрогнуло сердце… Он так и не понял до конца – не то это поднялись со дна души обрывки воспоминаний, не то в недрах его существа присутствовали человеческие черты…

Сколько времени прошло со дня, столь круто изменившего его судьбу, Дандо не знал, да и было ли здесь оно, время? Хотя мир жил, события происходили, значит, какое-то уже в прошлом, другое – только будет… Следовательно, время существует, впрочем, нет, это только его шкала! Бывший священник усмехнулся, он не заметил, как из пьяницы и дебошира стал философом. Пренебрежение своими обязанностями на Земле и элементарное хамство дорого стоили, он стал слугой самого… Впереди мелькнул свет, тропа выходила к реке. Наверху, в кроне дуба пролетела чья-то тень, но, видимо, увидев предполагаемую жертву, существо поспешило удалиться. Всадник криво усмехнулся и опустил арбалет. Охота доставляла ему истинное удовольствие, особенно если дичь сопротивлялась, но в дубраве уже хорошо знали черного коня и его всадника, поэтому предпочитали убежать.

Дубы окончательно расступились. Тропа выходила на луг. Собаки, до этого момента весело резвившиеся вокруг застыли, явно нервничая. На противоположной стороне, у излучины реки показался караван Анубиса. Покойники Дандо не интересовали… Собаки не успокоились, и он наконец понял почему!

– Чую дичь, живую дичь! – крикнул Дандо, пришпорив коня.