Читаем Троя полностью

«Калибано», — мелькнуло в голове Даэмана. Годом ранее он уже натыкался на них в Средиземном Бассейне вместе с Харманом и Сейви, но лишь теперь уразумел значение крестообразных отпечатков на стенах.

«Зарядные устройства» — так выразилась мудрая старуха, когда собиратель бабочек набрёл на голого калибано, который покоился внутри стоячего полого креста с раскинутыми руками, и по ошибке счёл его мёртвым, пока вдруг желтоватые кошачьи глаза не распахнулись.

Сейви рассказывала, будто Просперо и таинственная личность воплощённой биосферы по имени Ариэль вывели эту мерзость как новый сорт людей, дабы помешать войниксам захватить Средиземный Бассейн и прочие земли, над которыми седовласый маг желал сохранить полную власть. Но, вероятно, старуха обманулась или намеренно солгала: твари не могли иметь отношения к человеческому роду, они являлись незамысловатыми клонами гораздо более крупного и жуткого Калибана, по признанию самого Просперо с орбитального острова. Между прочим, тогда же Харман спросил у еврейки, для чего же постлюди создали войниксов, если, чтобы остановить их, пришлось населять планету такими чудовищами.

«Ошибаешься, — отвечала старуха. — Эти явились сами по себе, невесть откуда, неизвестно с какими целями, да и служат неясно кому».

В то время Даэман не понял ни слова, да и сейчас уяснил не больше. В конце концов, калибано, суетящиеся перед его глазами на дне кратера подобно гнусным розовым муравьям, таскающим белёсые яйца, служили явно не Просперо, а Сетебосу.

«Кто же тогда наводнил Землю войниксами? — задался вопросом кузен Ады. — И если эти твари — не рабы многорукого, то с какой стати они напали на колонии „старомодных“ людей, а главное, на Ардис? Кому они служат?»

Единственное, что путешественник мог бы сказать с уверенностью: явление Сетебоса в Парижском Кратере стало для войниксов подлинным бедствием. Те, что не замерли навеки в оковах стремительно выросшего синего льда, были пойманы и ободраны, как сочные крабы. «Ободраны кем? Или чем?» На ум приходило лишь два объяснения, и оба не сулили ничего доброго. Либо панцири тварей треснули под напором зубов и когтей мерзких калибано, либо их растерзали руки Сетебоса.

Внезапно Даэман понял, что розовато-серые «рубчики» на дне кратера — на самом деле тоже длинные щупальца божества. Мясистые стебли ныряли в синие норы купола и…

Развернувшись на месте, мужчина вскинул уже взведённый арбалет. Где-то позади, в ледяном туннеле, послышался лёгкий скользящий шорох. «Это рука в три раза толще моего туловища протискивается за мной».

Кузен Ады присел на корточки с тяжёлым арбалетом на взводе и приготовился ждать. Страшная конечность так и не появилась, зато по коридору продолжало ползти многоголосое шипящее эхо.

«Руки уже в туннелях и, возможно, даже снаружи, в расселинах. — Даэман попытался унять безудержно колотящееся сердце. — И там, и там теперь — хоть глаз коли. А вдруг на обратном пути я наткнусь на щупальце?»

На ближайших ладонях Сетебоса он успел рассмотреть отверстия для кормления, откуда извергались, на радость хищным калибано, куски сырого красного мяса: не то человечина, не то плоть растерзанных войниксов.

Мужчина прилёг на балконе; синеватый лёд, всё более напоминающий некие продукты жизнедеятельности многорукого божества, сквозь термокожу пронзил живот острым холодом.

«Можно уже выбираться. Я видел достаточно».

Лёжа навзничь, с нелепым оружием наперевес, опасливо пригнув голову, когда мимо — почти перед носом, только сотней футов ниже — вприпрыжку промчались на четвереньках несколько калибано, сын Марины ждал, пока в его трусливые руки и ноги вернётся сила, чтобы встать и убраться подобру-поздорову из этого нечестивого собора.

«Нужно скорее сообщить нашим в Ардисе, — твердил голос разума. — Я сделал всё, что мог».

«Нет, не всё. — Ох уж эта честность, когда-нибудь она точно сгубит искателя приключений! — Надо бы взглянуть поближе на эти сероватые склизкие яйца или что там у тварей в лапах».

Калибано как раз укладывали белёсые «горошины» в дымящуюся воронку примерно в сотне ярдов от незваного гостя, по правую сторону от ледяного балкона.

«Я же не сумею спуститься вниз!»

«Не лги. Здесь, под тобой, чуть меньше ста футов. Саморезы в рюкзаке, верёвка тоже. И ледорубы. А там останутся пустяки: добежать со всех ног, посмотреть, если получится, схватить один образец и пулей обратно, в Ардис».

«Безумие. Я же всё время буду на виду. Калибано между мной и гнездом. Как только спущусь, меня сразу поймают. Сожрут на месте или отдадут Сетебосу».

«Вот сейчас путь свободен. Отличная возможность. Дуй вниз немедленно!»

— Нет.

Даэман вдруг понял, что с перепугу прошептал короткое слово вслух.

И всё же минуту спустя он уже загнал в пол балкона острый саморез, затянул на нём крепкий узел и, перекинув арбалет через плечо поближе к рюкзаку, начал нелёгкий спуск на дно кратера.

«Вот и молодец. Наконец-то для разнообразия ты проявил хоть какую-то смелость…»

«Заткнись, твою мать, вонючка!» — ответил мужчина бесстрашному, но недогадливому голосу собственной совести.

И та умолкла.