Читаем Троя полностью

Мы нашли два образца капителей, оба сильно повреждены. Эхин представляет собой почти прямую линию; она присоединена тремя кольцами к стволу колонны, который имеет двадцать каннелюр; диаметр верхнего конца – 0,45 метра. Нижний диаметр колонны точно определить невозможно, однако кажется, что он составлял 0,59 метра: таков был диаметр самой толстой подушки капители колонны, которую мы нашли. Архитрав особенно замечателен тем, что его тения или листель (Tropfenleiste) имеет только пять «капель» (Tropfen) вместо шести, как обычно. Эта особенность пока встречалась лишь в исключительных случаях. Высоту архитрава определить было невозможно: он был реставрирован, основываясь на высоте триглифов – они имеют 355 миллиметров в высоту и 276 миллиметров в ширину; они организованы таким образом, что три из них входят в расстояние между колоннами, которое составляет около двух метров. Корона[279] вместе с киматием сделана из единого блока. В противоположность расположению архитрава мутулы (viae, Hangeplatten) имеют по шесть «капель» (Tropfen). Все скульптурные блоки этого храма очень хорошо сделаны и были соединены вместе простыми железными болтами и железными скобами в конструкцию вот такой формы . На основе всех этих характеристик мои архитекторы могли с уверенностью заключить, что этот храм был построен не ранее IV века до н. э.; и, следовательно, он не может быть тем самым храмом, который здесь видел Ксеркс. Нам не удалось точно определить местоположение этого храма на акрополе, поскольку среди всех фундаментов, которые мы нашли, ни один ему не соответствует. Принадлежащие ему скульптурные блоки были использованы в различных стенах, а также в фундаменте более позднего портика.

Древнейшим из всех других поздних построек является очень большой дорический храм из белого мрамора, к которому относится прекрасная метопа, изображающая Феба Аполлона на колеснице Солнца[280], обнаруженная мною одиннадцать лет назад и украшающая ныне Шлимановский музей в Берлине, а также изуродованная метопа, которую я воспроизвожу здесь на рис. 105. Эта последняя относится к македонскому времени и, судя по всему, веками была оставлена на милость погоды, поскольку сильно истерта и повреждена, однако на ней нетрудно разглядеть воина, держащего упавшего на колени человека за волосы и, очевидно, собирающегося ударить его поднятой рукой. Я также с большой долей вероятности отношу к этому храму фрагмент другой метопы, которая веками служила надгробным камнем на древнем турецком кладбище в Кум-Кей, откуда мы унесли ее, чтобы обогатить Шлимановский музей в Берлине. Как можно видеть на рис. 106, она, видимо, изображает мужчину, поддерживающего падающего человека, видимо женщину. Эта скульптура великолепна и определенно принадлежит к македонскому периоду. Далее на рис. 107 я привожу гравюру другого фрагмента метопы, которая также веками стояла как надгробный камень на старом кладбище в Кум-Кей и которую я также с большой долей вероятности отношу к большому дорическому храму, тем более что она также принадлежит к македонскому периоду. Она изображает воина в шлеме со щитом, который держит какой-то другой воин; от второго осталась лишь рука.

Рис. 105. Мраморная метопа македонского периода, изображающая воина, держащего стоящего на коленях человека за волосы. Масштаб 1:12. Найдена на глубине около 1 метра

Рис. 106. Фрагмент мраморной метопы македонского периода, изображающей человека, держащего падающую женщину. Масштаб около 1: 9

Рис. 107. Фрагмент мраморной метопы македонского периода, изображающей воина в шлеме со щитом, который держит какой-то другой воин; от второго осталась лишь рука. Масштаб 1: 10

Я также со значительной уверенностью отношу к этому храму гораздо лучше сохранившуюся метопу из Илиона македонского периода, которая в течение двадцати пяти лет стояла перед фермой г-на Калверта в Тимбре и которую я купил у него, чтобы выставить в Шлимановском музее в Берлине. Сопровождающей гравюрой этой метопы (рис. 108) я обязан умелой руке моего друга г-на Шене, генерального директора Королевского музея в Берлине, который любезно представил мне следующее описание ее:

«Богиня, очевидно Афина, энергично движется налево. Она подняла правую руку, от которой сохранилось только плечо, возможно, чтобы нанести удар копьем воину справа от нее, который упал к ее ногам. Левой рукою она схватила его за голову, но неясно, держит ли она его за волосы или за шлем, поскольку голова большей частью отбита. Она одета в свободный хитон, который перепоясан под грудью, ее левая рука лежит на большом круглом щите. Нельзя точно определить, надета ли у нее на груди эгида. Голова богини отбита. Воин справа пытается освободиться от левой руки богини; судя по всему, он совершенно наг, за исключением большого круглого щита на его левой руке».