Читаем Троецарствие полностью

Троецарствие

На башню поднялся я с императрицей Мин-хоу.Лазурною чашей над нами висел небосклон.Дворец был нам виден, раскинувший мощные стены, —Священное место, где мудрость живет испокон.Ворота темнеют, как горы в вечернем тумане,Как дивная башня, уходят они в облака.И нам показалось, что в небе цветок распустился,И в западный город дороги — лучи от цветка.Высокая башня стоит у Чжанхэ многоводной,За нею плодами обильно осыпанный сад.И справа и слева, как будто друг другом любуясь,Две башни — Дракона и Феникса гордо стоят.На юго-востоке пленивши двух Цяо прекрасных,Веселью предаться хочу я с красотками тут.Внизу, под ногами, вокруг разметалась столица,А над головою багровые тучи плывут.В гармонии полной с моею давнишней мечтою,Сюда соберутся великие люди искусств.Хочу, чтобы вторило нежное пение пташекВесеннему гимну моих расцветающих чувств.Вовек неизменно высокое небо над нами.Двойное желанье живет неизменно во мне:Любимой столице служить до последнего вздоха,Посеять гуманность и дать просвещенье стране.Полны совершенства лишь только Вэнь-ван с Хуань-гуном.И с ними сравняться я был бы и счастлив и рад.Какое блаженство, какое великое счастье,Что благодеянья и милости всюду царят!Что крылья-помощники дом подпирают мой царскийИ мир торжествует в широких просторах страны.Мое государство до края земли протянулось,А блеск мой подобен сиянию звезд и луны.И много столетий меня будут славить потомки,Хвалить мое имя под звон наполняемых чаш.Я царское знамя возьму, чтоб владенья объехать,Увидят везде императорский мой экипаж.Добро и гуманность широкой рекой разольются,Довольство познает одаренный щедро народ.Так пусть эта башня на веки веков утвердится,И пусть моя радость до смертного часа цветет!

— Злодей! — закричал охваченный гневом Чжоу Юй, грозя кулаком на север. — Такого оскорбления я тебе не прощу!

— Что с вами? — удивился Чжугэ Лян. — Неужели вам так жалко двух простых женщин? Ханьский император не пожалел отдать шаньюю царевну, чтобы добиться мира с гуннами, когда те вторглись в страну, а вам ведь ничего отдавать не придется.

— Ничего? — распалился Чжоу Юй. — А известно ли вам, что старшая Цяо была женой Сунь Цэ, а младшая — моя жена?

— Простите меня, я ничего не знал! — испуганно воскликнул Чжугэ Лян. — Я сказал возмутительную глупость! Я виноват перед вами!

— Клянусь, что не жить нам под одним небом с этим старым злодеем! — бушевал Чжоу Юй.

— Но прежде вам следует все хладнокровно обдумать, чтобы потом не раскаиваться, — молвил Чжугэ Лян.

— Чтобы я склонился перед Цао Цао? — не унимался Чжоу Юй. — Не бывать этому! Не для того пользовался я доверием Сунь Цэ, чтобы предать его память! Мне просто хотелось вас испытать. Скажу больше: у меня уже была мысль о походе на север, когда я уезжал с озера Поянху! Намерения своего я не изменю, пусть хоть палач занесет топор над моей головой! Помогите мне немного, и мы вместе разгромим Цао Цао.

— Если вы не отвергаете меня, я готов служить вам так же преданно, как служат человеку собака и конь, — заверил Чжугэ Лян. — Может быть, и я что-нибудь вам посоветую.

— Завтра же я постараюсь убедить нашего повелителя выступить в поход, — пообещал Чжоу Юй, прощаясь с Чжугэ Ляном и Лу Су.

Перейти на страницу: