Читаем Трое полностью

«Захотеть по-настоящему, это значит иметь достаточно воли изменить себя, отбросить все ненужное, владеть собой, и все свои силы, ум и сердце направить на достижение цели. Твоя душа, тело, должны хотеть, должны гореть, жаждать того, что ты поставил перед ними. Быть готовым пожертвовать всем! И, наконец, умное, целесообразное проведение похода, следовать известному принципу, «все силы собрать в кулак»… Походишь на полководца, которому предстоит выиграть большое сражение, с той лишь разницей, что от самого тебя зависит много больше, чем от полководца. И, наконец, терпение. Выдержать все, не успокаиваться на достигнутом, не радоваться маленьким успехам, а упорно ковать большую победу…»

Это тебе не детские мечты!

«В никакую деревню я не вернусь! — продолжает он, и глаза его загораются торжествующим блеском. — Только здесь!»

Все это произошло вчера.

Его привела Марта, Младен знал, что за приглашением скрывалась Виолетта.

Он попал в просторный холл, празднично освещенный большой люстрой, обставленный легкой модной мебелью, с двумя картинами на стенах, выдержанными в пастельных тонах и громадной пальмой у окна. Во всем была некая холодная официальность, которая смутила его. Он был одет в хлопчатобумажные брюки и простую белую рубашку. Помогла бесцеремонность Марты. Она чувствовала себя, как дома.

Пока Младен осваивался, с трудом втягивая чужой воздух, пока с непонятным беспокойством разглядывал обстановку, ему вспомнились слова капитана, сказанные им утром, перед строем увольняемых в запас солдат.

«Будьте мужчинами!»

Полный решимости, он ждет. Рядом играет магнитофон. Одинокий голос грустит над чьей-то судьбой. Нет, ему не надо слушать такую музыку. Она разнеживает, порождает ненужные чувства, никак не вяжется с его стремлениями.

«Что тебе здесь надо? Зачем пришел сюда? Почему входишь в этот чужой тебе мир? Чтобы смутить его, потревожить, использовать в своих целях?» — спрашивали звуки.

— Ты что-то невесел! — заметила Марта.

Он не ответил.

Тогда она заговорила об Иване. Младен знал, что она навещает его в больнице. Любовь это или просто увлечение? Ему казалось невероятным, чтобы такой серьезный человек, как Иван, увлекся Мартой. И все же у обоих есть что-то общее…

Дверь открылась. Быстрыми, уверенными шагами к нему приблизилась Виолетта. Младен встал, пожал протянутые маленькие ручки, немного задержал, ощущая их трепет.

Виолетта была очень оживлена. От ее печальной скованности тогда у Марты не осталось и следа. Она ждала его с нетерпением.

Почему он не пришел? Ведь обещал, а не пришел. Она не примет извинений! Он должен загладить чем-то свой поступок! Наверное, ему не нравится музыка?

— Дай ему послушать марш! — язвительно сказала Марта.

Даже в черных очках Виолетта была очаровательна, даже со своим неизменным выражением лица, словно непрерывно прислушивалась к чему-то. Вряд ли есть у кого, такие выразительные губы! Они говорят все, чего не могут сказать глаза.

Голубое платье, золотые босоножки, золотой пояс… Интересно, как она представляет себе золото?

Девушка села рядом с ним. Ее высокая грудь быстро поднималась и опускалась.

Марта отложила журналы в сторону и тоже подсела к ним. Никогда до сих пор она не видела свою подругу в таком настроении.

«Влюблена на все сто! — подумала Марта. — И в кого? В этого бездушного комбинатора. Кто знает, каким его рисует ее воображение?»

Младен уловил эти вопросы и сам себе ответил:

«Я не виноват».

Виолетта расспрашивала гостя, как он провел последние дни. Страшная ли была перестрелка? Как чувствует себя его друг? Она хотела бы навестить его в больнице! Рад ли он окончанию срока службы и, что ему снилось ночью?

Младен не знал с чего начать и о чем говорить. Серьезный, важный разговор должен был состояться только после прихода ее отца — директора, а до того момента ему не следовало разбрасываться мыслями и расходовать силы.

Положение спасла тетя. Она сразу же бросилась к нему, сердечно обняла, поцеловала (как ни досадно это было Младену) и начала болтать о привычке брата опаздывать. С неистощимым женским любопытством она расспросила Младена о перестрелке. Это было серьезное испытание.

«Хотят проверить мою искренность», — подумал он.

Младен рассказал обо всем так, что слушатели восхитились им. Даже Марта начала смотреть на него по-иному. Виолетта время от времени перебивала его, интересовалась подробностями, делая это тонко и с таким тактом, что он даже удивился. Младен остерегался, как бы не сказать лишнего. Самые хорошие вещи говорил об Иване, потом о Саше, начальнике караула Стоиле, а о себе почти ничего.