Читаем Трисс Воительница полностью

Пока мы угощались и болтали с аборигенами, Трисс целовала и обнимала своих друзей — молодую ежику по имени Велфо, колючего малого по имени Утрика и старого бывалого ежа — этого звали Горлец. При этом она, жен пень, в три ручья ревела от радости, и вся колючая братия от нее не отставала. Все они лопотали наперебой: «Наконец-то ты вернулась! Как мы рады, как мы рады!» На радостях им, конечно, было не до еды. Ну а ваш правдивый летописец не стал терять времени даром и набил брюхо до отказа!

Понятное дело, когда Трисс сообщила ежам печальную весь о смерти бедняги Шога, они вновь залились слезами. Она рассказала, что назвала в честь Шога славное небольшое суденышко, и это их малость утешило. Ох, до чего, доложу я вам, меня достал мой старый верный друг Сагакс! Разрази меня гром, этот барсучина становится невыносим! Представьте только, вместо того чтобы есть и веселиться, он бродил по палубе со своим здоровенным молотком на плече и провожал жадным взглядом каждый кусок пирога, который я отправлял себе в рот. Когда я вежливо попросил его не пялиться на меня, точно на невиданную диковину, он, наглец этакий, заявил, что мне пора прекратить работать челюстями. Мол, я один слопаю все угощение, а на корабле кроме меня еще много едоков! Будто без него, умника, я этого не знал! Ну, я, ясен пень, не дал ему спуску! Сказал, если он будет мешать мне утолять голод, придется бросить его за борт. Пусть плывет за кораблем и разгоняет акул своим знаменитым топором. Старине Сагаксу еще повезло, что мы с ним друзья детства! Иначе он, ей-ей, уже давно барахтался бы в волнах.

NB. В судовом журнале пропущено несколько строк. Страницы покрывают пятна, судя по всему, оставленные черничным соком, грибным соусом и пудингом неизвестной рецептуры, но, несомненно, с медом. Отчет о произошедших событиях продолжается на следующий день.