Читаем Трипофобия полностью

— Это все началось пару месяцев назад. Сначала из Москвы, Питера и прочих городов с запада в интернет стали приходить странные видюхи, где зомби нападали и жрали людей. Все решили, что это прикол, как в свое время с радиопостановкой Войны Миров. Но когда по ящику официально объявили эвакуацию, началась полная жесть. Сначала на улицах была паника: кто-то в спешке пытался свалить, всякие уроды стали громить дома и магазины. Половина ментов сама валила спасать свои жопы, так что порядок наводить было особо некому. А потом появились первые зараженные. Видимо, заразу принесли сюда те, кто бежал с запада через наш город. Люди стали рвать друг друга на части, пожирать трупы, в общем, началось самое вкусное. Меньше, чем за неделю, город вымер.

— Ну, просто охренеть теперь! — возмутился Артем, — да вы вообще серьезно?

— Чувак, ты же был на улице, сам все видел. Кто-то, как и мы, стали запираться в домах, кто-то пытался выжить поодиночке. В конце концов, остались только мы, да и то не в таком количестве, как были изначально.

В комнате, куда отвели Филиппа, был обустроен лазарет. Помимо традиционно заколоченного окна, там была полка с лекарствами, письменный стол и несколько коек, на которых, кроме Филиппа, лежало еще два мужика: один без сознания под капельницей, у второго на ноге стояла шина, роль которой играла деревяшка. Саркис ушел из комнаты сразу после того, как отвел туда Филиппа. Женщина в медицинском халате уже сняла с раненого парня жилет и рубашку и принялась осматривать рану.

— Данила! — позвала она — а ну бегом сюда!

— Да, тетя Лиза! — В комнату тут же вбежал паренек лет пятеадцати с темными, уложенными на бок волосами.

— Быстро принеси мне все необходимое.

Мальчуган кивнул и, подбежав к полке с лекарствами, стал быстро набирать оттуда какие-то склянки, пинцеты, таблетки и прочее.

Минуточку, — Руслан неуверенно покосился на раненого, — этот ваш мордоворот сказал, что он заражен и не хотел нас пускать.

— Если укусили — то срань полная, — начала объяснять Виолетта, — при укусе, или, например, если кровь зомбаков попадет в открытую рану, почти верняк, что он обратится. Конечно, если напичкать человека таблетосами, есть шанс, что проканает, но это вряд ли.

— Не понял. И что будет, если он не вылечится?

— Тогда через какое-то время эта дрянь полностью сожрет его, он окончательно спятит и попытается вас схавать. Но не переживайте, если станет понятно, что его не спасти, Саркис все сделает быстро, — без единой эмоции произнесла Виолетта, выходя в коридор.

— ЧТО!? — возмутился Руслан ей вдогонку, — вы серьезно?! Совсем что ли сдурели?!

— Тише, Руслан Владимирович, успокойтесь, — Артем попытался рукой придержать его.

— А что спокойнее! — возмутился Руслан, отдергивая его, — у нас уже человека убили! А вы хотите убить еще одного!

— Так, нервы поуняли свои, — спокойным тоном осадила их Лиза, — никто никого не убьет, есть шансы, что ваш друг выживет. При должном уходе и лечении с ним будет все в порядке. А пока сидите и ждите, мне нужно хотя бы залатать рану.

Руслан с Артемом присели на свободную койку, наблюдая за действиями врача.

— А вам не кажется странным, — начал шепотом говорить Артем, — медпункт, баррикады, оружие… Ведь это значит, что помощи действительно не будет. Ни скорой, ни полиции.

— Ты же видел, в каком состоянии город. И если та же хрень творится по всей стране, то…

Руслану больше нечего было сказать, он лишь оперся лицом о руки.

— Может, хоть окно откроешь! — вдруг крякнул мужик со сломанной ногой, — уже дышать нечем, воняет здесь как, сука!

— Ты же знаешь, это исключено, — без эмоций ответила Лиза, продолжая зашивать рану.

Мужик, проматерясь в ответ, недовольно отвернулся к стенке. Дальше все сидели в тишине. Елизавета продолжала латать раненого, парнишка бегал ей за водой и уносил грязные инструменты. Простыни, одеяла и подушки на кроватях в импровизированном госпитале явно были не первой свежести, кое-где даже имелись так и не отмытые пятна крови. Замечание мужика со сломанной ногой было вполне справедливым, так как в комнате действительно стоял едкий запах лекарств, пота, мочи и кишечных газов. На полу местами комьями лежала пыль, кое-где валялись использованные ватные тампоны и бинты. Руслана передергивало от одной мысли, что Филиппу придется лежать раненым в этом помещении в полной антисанитарии. Вскоре из коридора послышался жаркий спор.

— Я тебя не пойму, то ты кричал, что нам нужны люди, что мы должны помочь им, а теперь ты рвешься и выступаешь против?

— Но у них зараженный! — громко возмущался Саркис, — ты видела, чем это кончается!

— Правда? — отвечала ему Виолетта, — А на то, что у нас не хватит еды, лекарств и места на всех тебе вообще пофигу? Раз уж уговорил меня пустить их, то теперь не возникай! Сам же сказал, что будешь отвечать, если что. Чего как ТП мнение по сто раз меняешь?

— Я не знал, что один из них заболел! А если он обратится, и кто-нибудь погибнет?

— Все, закрыли тему. В конце концов, мой дом, а значит и мне рулить, что к чему.