Читаем Трипофобия полностью

— Подожди, — перебила ее Ольга, — может он не так уж и не прав. В конце концов, у него же не грипп.

— Ну, серьезно! — продолжал возмущаться Филипп, — температуры у меня уже нет, даже эта дрянь не болит почти!

— Я рада! — Елизавета подошла к нему и чуть ли не под шиворот выдернула из-за стола, — а теперь бегом в кровать! Как минимум сегодня еще отлежаться стоит, а там дальше уже видно будет.

Филиппу ничего не оставалось, кроме как повиноваться и следовать за медиком. В медпункте тем временем мужчина со сломанной ногой читал какой-то детектив. Тот, что был под капельницей, так и не приходил в себя. Сморщившись от духоты, Филипп улегся на койку лицом к заколоченному окну. Елизавета пыталась ему объяснять, что не следует самовольно подниматься и ходить, пока нет уверенности, что он полностью излечился, но Филипп только лишь отмахнулся. Убедившись, что остальные пациенты ни в чем не нуждаются, доктор покинула помещение. Филипп же никак не мог снова заснуть, поэтому просто лежал, глядя на доски и пытаясь сквозь них хоть как-то рассмотреть вид из окна. Однако оно было заколочено надежно, лишь кое-где были тонкие щелочки, но рассмотреть сквозь них что-либо было невозможно. Поняв, что насладиться видом из окна не удастся, Филипп перевернулся на спину и погрузился в размышления о сложившийся ситуации.

Руслан же тем временем, переодевшись и закинув полотенце за спину, спустился со второго этажа и направился на улицу. Рядом с входом стоял, покуривая сигарету, Саркис в своей кожаной куртке и с пистолетом за поясом. Он о чем-то разговаривал с Сергеем, который так же был в полном обмундировании и с винтовкой. У обоих за плечами висели пустые рюкзаки. Возле них на земле стояли несколько черных мешков, около которых крутились Клавдия и Нина.

— Ну, здорово, мужики! — Руслан пожал руки Саркису с Сергеем, после чего отдал женщинам пакет со своим бельем, — вы сегодня за место прачек?

— Смешно, — еле улыбнулся Саркис, — да не, мы в город сейчас идем, продуктов надо найти, к тому же Клава говорит, порошок стиральный кончается.

— А ты сегодня опять геройствовать, что ли, решил? — поинтересовался охотник, — ты реально себя угробишь.

— Ну не сидеть же сложа руки, пока люди могут быть в опасности?

— Ладно, дело твое, не маленький.

— Кстати, где тут у вас душ-то?

— Да за углом прям возле сарая, — Саркис указал ему рукой, — мыло там еще должно быть.

— Ясно, ну, удачи вам сегодня!

— И тебе того же.

Руслан побрел в сторону душа, а тем временем из дома вышла Клавдия, жена Олега, неся еще два черных пакета. Подобрав мешки, лежавшие на земле, женщины пошли на задний двор. Саркис же, докурив, сказал Сергею выдвигаться. Шедший первым Саркис крикнул часовому, что они выходят, и уже через минуту за ними закрылась калитка. Еще через несколько секунд Станислав, стоявший на смотровой вышке, крикнул им, что все чисто, и они могут выдвигаться. Во внутреннем дворе сидели Владимир и Георгий, обсуждая планы на сегодня и попивая пиво из одной бутылки на двоих. За ними у колодца женщины раскладывали белье по тазам, стоящим неподалеку на земле. Рядом находились несколько ведер, наполненные водой. Одно из них кипятилось на небольшом костре, разведенным недалеко от колодца. Душ располагался прямо у сарая и представлял собой конструкцию из четырех больших фанерных листов, сколоченных в форме коробки и опирающихся на четыре металлических столба, врытых в землю. На крыше этой конструкции была установлена кверху дном девятнадцатилитровая пластиковая бутылка с водой. Рядом стояли еще одна полная и несколько пустых бутылок.

— Только поэкономнее расходуй там! — крикнул Руслану Владимир.

Кивнув в ответ, тот зашел в кабинку и закрыл за собой дверь.

Филипп какое-то время лежал, погруженный в свои мысли. Мужчина со сломанной ногой уже минут десять как храпел, его книжка выпала из рук и валялась на полу. К нему в голову постоянно лезли мысли о судьбе его друзей со двора и школы, одногруппников и родителей. Понимая, что шансов спастись у них было не много, парень старался гнать от себя эти мысли, поскольку связь с внешним миром отсутствовала, и выяснить наверняка не представлялось возможным. Чтобы окончательно не впасть в депрессию, Филипп сосредоточился на том, чем будет заниматься теперь. С одной стороны, ему хотелось помогать Руслану и остальным на вылазках, но с другой, понимая, как опасны зараженные, Филиппу не хотелось рисковать лишний раз. Не имея каких-либо специфических познаний или выдающихся способностей, он не представлял, чем полезным мог бы заняться в повседневной жизни убежища. Внезапно от размышлений его оторвал скрип открывающейся двери — в помещение вошла Виолетта. Сморщившись от неприятного запаха, который витал в медпункте, она, тем не менее, прошла вперед и, взяв стул, села напротив койки Филиппа. Увидев девушку, тот сразу же оживился. «Вот это сиськи!» — подумал он про себя. — «Да и вроде ненамного старше. А мне тут начинает нравиться!»

— Я смотрю, тебе становится лучше, — заговорила Виолетта, глядя прямо в глаза улыбающемуся Филиппу.