Майоры принялись шепотом спорить между собой. Виник же, хоть и не нанес удар, но и не спрятал клинок в ножны. Рен тревожно прикусила губу. Наконец Дойл произнес:

— Майор Виник, вы знаете, что мы поддерживаем ваши претензии на пост Верховного командующего, однако лейтенант Джордан права в том, что касается нашего учения. Капитан Райт победил Верховного командующего в схватке и забрал Маяк, а посему он считается нашим новым командиром — до тех пор, пока вы не победите его в поединке. Если вы убьете его сейчас, когда он обездвижен и не вооружен, солдаты поставят ваше лидерство под сомнение.

Дойл стрельнул глазами в сторону медиков. Свидетелей произошедшего мало, но слухи и сплетни разнесутся по кораблю очень быстро. Аэро по–прежнему лежал на полу; его разум не принадлежал ему охваченный процессом слияния с Маяком. Виник явно был недоволен услышанным.

— И каковы условия поединка? — спросил он.

Последний раз подобное случалось сотни лет назад,

и уже мало кто помнил тайные правила поединков. Дойл посовещался с остальными майорами.

— Бой на фальшионах в симуляторе, место действия определяют майоры. Ни вы, ни капитан Райт не будете допущены в локацию заранее. Да, и настройки безопасности будут сброшены: бой продолжится до смерти одного из участников.

— Когда случится поединок? — спросил Виник.

Дойл пожал плечами:

— В правилах это не оговаривается. По крайней мере, мне об этом не известно.

Тут Рен, вынужденная признать правоту его слов, кивнула.

— Впрочем, я придерживаюсь мнения, что чем скорее место лидера будет занято, тем лучше. Это предотвратит разброд среди солдат, — добавил Дойл.

Уловив ход его мыслей, Виник улыбнулся.

— Да, конечно, согласен, майор Дойл. — Он глянул на окровавленное плечо Аэро. — Чем скорее, тем лучше.

— Может, завтра? — предложил Дойл.

— Но капитан Райт ранен! — воскликнула Рен.

— В правилах это не оговорено. Будет лучше, если мы договоримся сейчас.

— Но причина очевидна! — взмолилась Рен. — Дайте хотя бы два дня! Тогда вы не услышите от меня возражений. Если майор Виник одержит победу над раненым противником, солдаты всегда будут ставить под сомнение его лидерство. Разве не лучше, если капитан Райт придет в форму для встречи с противником? Достойная победа придаст вес репутации победителя.

— Майор Виник, что скажете? — спросил Дойл.

— Отлично, два дня, — ответил Виник. — Ни днем больше. И надо запереть капитана в казармах, чтобы он чего–нибудь не устроил.

— Конечно. Мы выставим часовых, — пообещал Дойл. — Итак, решено?

Никто не стал возражать, даже Рен. Она только подала знак медикам, и те, обступив Аэро, занялись его плечом. Парализованный, на грани обморока, Аэро смутно понимал, какая судьба его постигла и как ею распорядились за него. Перед тем как окончательно провалиться в забытье и отдаться на волю Маяка, он увидел над собой мрачную тень — майора Виника.

— Решено, — произнес он. — Через два дня бьемся насмерть.

Это было последнее, что услышал Аэро.

Глава 35. СОН, КОТОРЫЙ НЕ БЫЛ СНОМ

(капитан Аэро Райт)

Аэро просыпается от жуткого холода. Распахнув глаза, видит кругом сплошную белизну. Пытается пошевелиться, но не может: что–то держит его. Он опускает глаза, и все становится ясно: его сковало льдом по самые плечи. Это Криптия. Он вернулся в систему пульсара В 1257+12, на обледенелую гористую планету. В тот самый момент, когда он заснул и его чуть не погребло заживо.

Он не чувствует ни рук, ни ног. Зато плечо пульсирует: кровь окрасила снег. Аэро пытается вырваться из ледяного плена, но тщетно. Фальшион тоже погребен под снегом. Отчаяние накрывает его — как снег, что падает со свинцового неба. «Теряешь надежду — готовься умереть». Так их учили. Ждать осталось недолго: скоро его заметет по самую голову, и он задохнется. Если прежде не замерзнет. Снег застит глаза, грозя намертво слепить веки, но Аэро щурится и замечает вдали одинокую фигуру. Серая. Нечеткая. Темное пятнышко на фоне белого мира.

Наверное, солдат, посланный убить его. Аэро остается только беспомощно взирать на своего палача.

Фигура приближается, постепенно увеличиваясь; Аэро видит ее все отчетливее, даже сквозь пелену снегопада. Это женщина, совсем молодая, вчерашняя девочка. У Аэро перехватывает дыхание. Незнакомка подходит, так что Аэро может разглядеть ее: хлипкие сандалии не защищают ног от мороза; она, похоже, не замечает, что одета не по погоде. «Эта девушка не солдат», — доходит до Аэро.

Ее глаза сияют, она смотрит прямо на Аэро. Подвязанные алой лентой, ее курчавые волосы все равно выглядят растрепанными, словно рвутся на свободу. Аэро думает, что он уже одной ногой в могиле, раз видит такое странное существо, ведь эта девушка точно не человек. Таких людей он прежде не встречал.

У девушки в руках металлический ящик, который она ставит на снег рядом с ним. Затем опускается на колени. Лицо у нее веснушчатое, очень необычное и этим привлекательное. С ее полных губ срываются облачка пара. Она худенькая и где–то на фут ниже ростом, зато движения ее точны и выверены.