Заключенный тщетно сопротивлялся, упираясь пятками в пол и скрещежа зубами. Джаспер сунул ему в рот грязный кляп и бросил к ногам отца Флавия. Мужчина со стоном перекатился на спину. Увидев его лицо, Майра ахнула. Картер Нокс. Избитого и окровавленного, она все равно его узнала. Картер nоже работал инженером, хоть и был на несколько лет старше Майры и уже поднялся до мастера–инженера. Последние два года они с Майрой трудились вместе, отец высоко ценил его.

— Сей муж признался Синоду в ереси, — прочитал со свитка отец Флавий, — а также в желании вернуться в место, которое нельзя называть.

Толпа принялась осыпать Картера бранью:

— Утопить грешника!

— Предатель!

— Да помилует его Святое Море!

Подобную ярость могло вызвать лишь одно слово: поверхность. Майра мысленно произнесла его, но очень осторожно — чтобы ненароком не повторить его даже одними губами. Из глаз покатились слезы бессильной злобы. Майра двинулась было к Картеру, но тут ее снова схватил Калеб. На сей раз она не стала вырываться.

— Пожалуйста, надо помочь ему, — заплакала она, хоть и знала, что сделать это было сродни самоубийству. — Его же убьют!

— Майра, мы ничего не можем поделать, — прошипел ей на ухо Калеб. — А отец Флавий только и ждет повода тебя схватить. Не глупи! Картера мы не спасем.

Майра удивленно уставилась на него. Прежде Калеб не рассуждал о подобных вещах. Он вообще старался избегать этой темы. Выходит, ему известно больше, чем думала Майра.

— Тебе не победить, — прошептал он. — Только не Синод и патрульных.

Майра беспомощно обмякла у него в руках. Хватка Калеба постепенно перешла в объятия, но и теперь Майра не стала вырываться. Она оказалась на самом краю пропасти, в которую однажды сорвалась. Однако поделать с собой не могла ничего. Особенно перед лицом такого зверства.

— Он же просто анекдот рассказывал! — крикнул из толпы какой–то старик. «Не отец ли Картера?» — подумала Майра. — Шутку, и только! Посмеяться хотел…

Не успел он договорить, как Джаспер прыгнул в толпу и принялся охаживать старика трубой. Полетели брызги крови и даже выбитые зубы. Когда старик затих, Джаспер потащил его прочь. Скорее всего, в Третий сектор, в Узилище. Калеб был прав: тут не победить. Не победить Синод, Красные Плащи и патрульных. Вся власть принадлежала им, и они это знали.

— Картер Нокс, сим приговариваю тебя к выбросу в открытое море, — торжественно объявил отец Флавий. — Да очистит Святое Море тебя от грехов, дабы не навлек ты на нас Конец.

Картер застонал, а толпа снова загомонила.

— Поделом грешнику! — вскричала какая–то женщина.

— Он не заслужил места в убежище!

Один человек покрутил пальцем у сердца, защищаясь от дурного глаза.

— Он навлечет на нас Конец!

— Отдать нечестивца Святому Морю!

Неприметным жестом руки отец Флавий велел патрульным увести осужденного. Картера подняли и, как он ни упирался и ни кричал, поволокли через весь Базар. Кровожадная толпа потянулась следом: люди выкрикивали ругательства и проклятия, требовали смерти нечестивца. Майра с отвращением смотрела им в спины. Патрульные тащили Картера к докам в Десятом секторе. Отец как–то рассказывал по секрету: раньше там, у шлюзов, стояли на приколе субмарины, пока их не уничтожили. Ныне же там свершались казни.

Майра вообразила, как обнаженного Картера швыряют в камеру шлюза, как отец Флавий или папа Рикарда нажимает кнопку и сквозь открытый люк в камеру врывается вода. Картер не продержится и секунды: невообразимым давлением его хрупкое тело раздавит за долю секунды. Он, считай, уже умер. Майра стряхнула с себя руки Калеба.

— Эй, пошли отсюда, — позвала она. Во рту стоял горький привкус желчи. Ее тошнило.

Схватив Возиуса за руку, Майра потащила его в сторону Академии. Не рассчитав силу, она чуть не свалилась брата. Пейдж и Калеб двинулись следом, но Рикард задержался. Он смотрел вслед орущей яростной толпе.

— В море его!

— Смерть нечестивцу!

— Он навлечет на нас Конец!

Рикарду явно хотелось посмотреть казнь. Из–за этого он мог опоздать в школу, но прогул ему не засчитали бы: мистер Ричардсон не хотел вмешиваться в дела Церкви, иначе ему грозила участь Картера Нокса и многих других, кого отец Флавий предал морю.

— Рикард, ты идешь? — позвала Майра. Ей тошно было думать, что кто–то из друзей будет рад взирать на страдания ее напарника.

— Уже, — не сразу ответил Рикард, с трудом оторвав взгляд от толпы.

Майра испытала облегчение, когда он наконец нагнал их. Хорошо, что Рикард не пошел смотреть казнь, иначе между ним и Майрой выросла бы стена. Этого ей хотелось меньше всего. Майра уже теряла друзей.

— Что–то мне не улыбается получить прогул, — сказал Рикард, чем заслужил сердитый взгляд Пейдж.

— Очень смешно.

— Пойдемте скорее, — сказала Майра и, не дожидаясь ответа, сорвалась на бег. Ей не терпелось убраться подальше от Церкви.

Глава 6. СУД