Читаем Тринадцатый полностью

Шло новое тысячелетие. Люди, оправившись от рождественских каникул, постепенно вливались в монотонные будни. Кое-где у ларьков еще стояли некоторые несознательные граждане с дрожащими руками. Они пытались достать из карманов последние сбережения, чтобы продлить и без того затянувшиеся праздники. К остановкам медленно подтягивался народ. Мороз, продержавшись несколько дней, отступил. Пушистые снежинки падали на опухшие лица еще не проснувшегося люда большой и беспечной страны. Автобусы лениво подъезжали к тротуару, словно зевая, открывали двери и нехотя пускали в свое теплое чрево озябших пассажиров. На улицах пахло унынием. Земля, как пациент, отходящий от глубокого наркоза, возрождалась вместе с живущими на ней паразитами. Жизнь шла своим чередом.

На запорошенной лавочке сидели двое и рассматривали проходящих мимо граждан.

– Смешно, – сказал один и, опершись на трость, украшенную черепом, закинул ногу на ногу.

– Ты, как всегда, видишь их в недобром свете.

– Конечно, кому как не тебе видеть их праведниками?

– Ты забрал девушку и тем самым обрек миллиарды на бессмысленное уничтожение.

– Это, между прочим, ты придумал свод правил, по которым эти животные должны существовать. А я лишь пытаюсь сделать так, чтобы они их соблюдали. Ты сыном ради этого пожертвовал, помнишь? А девушка пошла ко мне сама. Добровольно.

– Ты же знаешь, люди должны сами разбираться в своих проблемах, иначе они будут полностью зависеть от нас.

– Они зависят не от нас, а от тебя. Ты пытаешься защитить их. Вот только ради чего?

– Ради чего? Посмотри на них: они само совершенство. Просто пока не знают, чего им хочется, и от этого все их беды.

– Наоборот, их беды от того, что они знают, чего хотят. Им нужен хороший кнут, и я дам им его. Скоро, совсем скоро.

– Ты с самого начала возненавидел их. Считаешь, я не знаю, что ты задумал?

– Так останови меня, ибо я сотворю с ними такое, чего они заслуживают на самом деле. Они заплатят за все. Плотью за плоть, кровью за кровь. За каждый их грех им воздастся сполна.

– Они переживут и это. И наступит новое время.

– Хочешь спасти их? Тогда тебе понадобится кто-то гораздо сильнее Луция.

– Дорогой, дорога скользкая, а ты едешь слишком быстро.

– Милая, после вчерашнего застолья у твоей мамы скажи спасибо, что я вообще куда-то еду.

– А не надо было так нажираться! А вдруг менты?!

– Какие менты?! Сиди, не каркай! Не надо нажираться? Не надо ехать в такую рань. Могли бы проспаться, и все было бы спокойно. Но нет, поперлись!

Снег все падал и падал, но человеку, который брел по дороге в сторону города, он не мешал. Прохожий вообще не замечал снега. Он не думал ни о погоде, ни о том, куда он идет, ни о том, откуда. Его порванная, продуваемая всеми ветрами одежда и отрешенный стеклянный взгляд вызывали жалость.

– О-о-о! Ну ничего себе! Посмотри на этого бедолагу. До города-то еще далеко.

– Езжай! Мало ли дураков ходит!

– Да как-то неудобно, – водитель притормозил рядом с оборванцем и открыл дверь. – Тебе куда, земляк?

– В Тамбов, – тихо ответил тот.

– Прекрасно, и нам туда. Значит, по пути! – обрадовался водитель, уже представляя, что его супруга хоть ненадолго замолкнет.

Молодой человек сел на заднее сиденье, и автомобиль с пробуксовкой рванул с места.

– Ты с ума сошел, всяких бомжей с дороги подбирать, – сквозь зубы прошипела жена и тут же обернулась. – А вы в Тамбов в гости или домой?

– Я, я не знаю… Мне просто нужно… – замешкался пассажир.

– Зачем ты его посадил? Совсем мозги пропил за праздники? – зашептала на ухо мужу женщина.

Пассажир с непонятным выражением лица рассматривал себя в зеркале заднего вида, изредка отворачиваясь, чтобы взглянуть куда-то вдаль. В его душе было пусто, как в закрытой крышкой дубовой бочке. Стукнешь по такой – и раздастся глухой и мрачный звук.

– Вы в порядке? А то, может, случилось что? Так вы расскажите. Или вам помочь чем? – обратился водитель к пассажиру.

– Нет, спасибо. Все хорошо. Мне просто нужно в Тамбов.

– А вас там кто-нибудь встретит?

– Не знаю, – пассажир закрыл лицо руками и тяжело вздохнул.

Муж настороженно посмотрел на жену и пожал плечами. Та в ответ покрутила указательным пальцем у виска и показала ему кулак. После непродолжительной паузы она не выдержала и повернулась к попутчику.

– А как вас зовут, вы хоть знаете?

– Виктор.

Солнце вяло выкатилось из-за тучи, длинный луч указал ровной линией на стоящего внизу человека. Его белая тога переливалась, отражая мерцающий свет. Он стоял смиренно на ровном, занесенном снегом поле. Из-за спины творца вышел Михаил.

– И что, ты так просто сдашься?

– Девушка для него – это просто еще один шаг на пути к цели.

– О чем ты? Он заполучил ее. Теперь люди лишатся единственной своей защиты – прощения.

– Нет, Михаил, ему нужно другое. Чистая душа – лишь одно из составляющих. Без Луция ад на земле невозможен. Мы бросили все силы на спасение Татьяны, а нужно было спасать другую душу.

– Но ведь Луций пал, тело Алексея освобождено от него.

– Душа Луция перешла в распоряжение Анатаса, и он рано или поздно вернет ее на землю. Ему понадобится здесь свой всадник апокалипсиса.