Внезапное появление флота Федерации застало противника врасплох, и в первые секунды враг потерял до сорока процентов своих сил, но не был разбит и вскоре начал отвечать. Применять плазменное оружие главного калибра неприятель не мог, так как в такой гуще это было чревато дружественным огнем, да и наводиться всем корпусом, когда цель находится практически рядом и маневрирует, бесполезно. Поэтому враг также стал использовать свои орудия ближней обороны, и здесь проявились его недостатки, а именно скорострельность. Земные фрегаты в большинстве своем после первых попаданий оставались на ходу и могли продолжать бой, особенно если эти попадания приходились в баки с топливом. Тем не менее флот Федерации также начал нести потери. Через десять минут сражение превратилось в мясорубку, где корабли расстреливали друг друга в упор, сталкивались с обломками уже погибших и даже шли на таран. Несколько сцепились корпусами так, что экипажам пришлось вести абордажные и контрабордажные действия.

На Нечаева сыпались доклады о потерях земных и уничтоженных вражеских кораблях, но он молча наблюдал за боем, так как вмешиваться уже не имело смысла, – каждая группа справлялась со своей задачей, да и сами капитаны принимали решение на местах. И вмешайся он сейчас в ход сражения – только навредит. Главнокомандующего привлекла вспышка где-то в стороне от сражения, и он слегка повернул в ту сторону голову. Позабытая эскадра «Стальных Волков» ныряла в гипер, а за ней, с трудом не задевая стенки воронки, протискивалась станция орбитальной обороны. После того как земной флот был сброшен на голову врагу, корабли харгов переместились в гипере, чтобы подобрать трофей.

– Формирование двух воронок!

Доклад с поста объективного контроля пространства заставил Нечаева похолодеть. «Неужели вражеское подкрепление?» – подумал он. Но из воронок начали выпрыгивать уцелевшие корабли с эмблемами головы волка на корпусах и сразу же вступать в бой. Залп торпедной платформы по нескольким удалившимся кораблям противника, снайперский огонь пушечных фрегатов, а остальные на полном ходу ринулись в гущу сражения.

Нечаев окинул оценивающим взглядом поле боя и понял, что итоги сражения предрешены. Уже сейчас на один вражеский корвет приходится два-три земных фрегата. Он обернулся на стоящих рядом штабных офицеров и произнес:

– Ну что ж, господа, думаю, дебют космических сил Земной Федерации во флотском сражении состоялся. И его можно признать успешным. – Он повернулся обратно к схеме и пристально вгляделся в изображение планеты. – Но все только начинается.

Глава 12

Сорок восемь часов с начала операции. Орбита планеты Оршу. Система Хадар

Огромное облако обломков неспешно двигалось по орбите, совершая один оборот вокруг планеты приблизительно за восемь часов по земному времени. Каждый обломок находился на своей высоте орбиты, и, хотя разница высот была незначительной, тем не менее это способствовало медленному растягиванию облака по орбите. Через несколько суток планета Оршу обзаведется своим собственным кольцом наподобие колец Сатурна.

Среди обломков виднелись небольшие искорки челноков, снующие в поисках выживших и подбирающие тела тех, кому не повезло. К некоторым наиболее крупным обломкам старались не приближаться, так как они все еще представляли опасность. Периодически на некоторых из них происходили взрывы, а кое-где продолжала работать система ближней обороны.

Виртуальная среда обеспечивала прекрасный вид, и Нечаев, находясь в одиночестве, наблюдал перед собой последствия минувшего сражения. Он размышлял о том, как все быстро меняется. Буквально недавно, по меркам человеческой жизни, Земля с трудом тянула небольшую исследовательскую колонию на Луне, а сейчас люди сражаются за сотни световых лет от родной планеты. Тысячи людей сложили свою голову, чтобы такая далекая Земля продолжала жить, и, похоже, что это только начало.

Размышления Нечаева прервали появившиеся у него за спиной аватары Турова и Лукашевича, но он никак не отреагировал на это, поэтому Туров решил привлечь внимание:

– Господин главнокомандующий, вызывали?

Нечаев сложил руки за спиной и еще несколько секунд молчал, после чего сказал:

– Прекрасный вид, не так ли?

Ракурсы был выбран так, что на фоне обломков виднелся край планеты Оршу с переливающимся планетарным плазменным щитом и три светила системы Хадар. Два из них находились рядом друг с другом, а третье на значительном расстоянии.

После слов Нечаева, Туров и Лукашевич переглянулись, но отвечать не торопились, и главнокомандующий продолжил:

– Я учредил создание медали в честь битвы у трех звезд, она так и называется – медаль «Три звезды». Но данная медаль не за саму битву здесь – ею будут награждать за особые заслуги перед человечеством, самопожертвование и воинский успех. И я хотел, чтобы вы подали мне списки, кто из ваших людей заслуживает подобной награды. Но это еще не все. – Он повернулся к ним лицом. – Еще я хотел спросить: как вы умудрились потерять Волкова?