Читаем Три темные короны полностью

прошлой ночью. Там были Тильда и Аннабет… Мы взяли

кувшин с медовым вином, отнесли его на сарай крыши под

звёздами. Он почти упал от этого…

Мирабелла смотрела в потолок.

- Возможно, мы могли б принести тебе, - сказала Бри, и

Мирабелла рассмеялась. – И украсть тебя.

- Бри, они привязывают ко мне колокола. Маленькие

колокольчики, как кошке. Думали, что я улизну.

- Это не так, ведь ты прежде не пропадала, - сказала Бри и

усмехнулась.

- Это неважно! – запротестовала Мирабелла. – Я всегда

была послушна, когда это казалось важным. Но они хотят

знать, где я, постоянно. Что делаю. Что думают.

- Теперь будет ещё хуже, - ответила Бри. – Ведь эти

охранницы-жрицы… - она перевернулась на живот. – Мира, ты

когда-то была свободна?

Мирабелла смотрела на неё с косой улыбкой.

- Всё не так плохо, - ответила она. – Теперь тебе надо

переодеться. Есть платье на вторую половину дня.

Плохая ступенька на лестнице скрипнула шесть раз, а

потом шесть высоких жриц прошли в комнату. Бри недовольно

скривилась и томно улыбнулась.

- Моя королева, - промолвила ближайшая девушка, -

верховная жрица Лука хочет вас видеть.

- Хорошо, - Мирабелла встала. Она думала, что это будет

менее приятное поручение, но Луку посещать приятно.

- Будьте уверены, она должна вернуться ко второй

половине дня, - сказала Бри, и её пальцы лениво щёлкнули.

Мирабелла сомневалась, что сегодня ещё увидит Бри. Бал

или нет, её ничто не удержит. Бри делает то, что хочет, и как

любимая единственная дочь Сары Вествуд, она не была

остановлена никем. Было бы легко ненавидеть Бри за её

свободу, если б Мирабелла не любила её так сильно.

Снаружи Мирабелла шла так же быстро, как и её тонкие

хранительницы жрицы, что оказались так рядом. Большинство

их них страдали от похмелья после вчерашнего, как и Сара, и

прогулка делала их немного зеленоватыми.

Но это не жестоко. Вествуд-Хаус ведь рядом с храмом.

Когда Мирабелла была младше и могла улизнуть от стражниц,

она иногда навещала Луку одна или бегала по территории

храма у тёмных бальзатовых скал. Она была там одна. Никому

не говорила. Она могла сутулиться, бросать камни в деревья.

Могла быть дикой, как королева Стихии.

А теперь она в окружении белых одежд. Она могла видеть

город только мельком и через плечо. Роланс, город

элементалей, камень и вода, что стекала по вечнозелёным

холмам. Каналы проходили между зданиями, как артерии, что

переправляли людей и грузы внутрь страны через море и

замки. С этой высоты почти все здания были горды и белы.

Каналы почти синие. Она могла легко представить себе, как

светился город, когда был богат и укреплён. До тех пор, как

отравители заняли трон, и Совет отказался уходить.

- Это прекрасный день, - Мирабелла нарушила тишину.

- Благодаря Богине, - сказала одна из жриц.

Они больше не говорили. Мирабелла не знала никого из

своего эскорта по имени. Многие жрицы пришли в храм

Роланса поздно, и она не могла с ними познакомиться. Лука

говорила, что храмы по всему острову такие же. Сила Дара

Мирабеллы возобновила веру в остров. Иногда Мирабелле

хотелось, чтобы Лука объясняла её даром чуточку меньше.

Лука встретила её в храме, а не наверху в своих покоях.

Старая женщина обняла Мирабеллу и поцеловала её в щёку.

- Ты выглядишь усталой, - сказала она. – Может быть,

следовало бы учесть, что ты трудилась над водой всю прошлую

ночь, да…

- Если б я не пришла, вы б ничего не увидели, - ответила

Мирабелла. – Может, я кого-то случайно полила?

- Случайно, - криво улыбнулась Лука. Когда она впервые

встретилась с Лукой, то пыталась её утопить, вызвав

элементаля воды из озера Звездопада, направив его в горло

главной жрицы… Но это было так давно.

Лука спрятала руки под слоями мантии и меха. Мирабелла

не знала, какой была Лука до того, как превратилась в жрицу,

но не стихийницей. Она слишком мёрзнет.

Жрица рядом почти упала, и руки Луки взметнулись,

чтобы успокоить её.

- Будь осторожна, дитя, - сказала Лука, и девушка кивнула.

– Эти одежды слишком длинны. Ты себе навредишь. Попроси

кого-то их подшить.

- Да, Лука, - прошептала она.

Девочку только посвятили. Она ещё может не попасть в

храм, передумать и вернуться домой.

Девушка медленнее прошла к южной стене, где трое

восстанавливали фреску с королевой Шеннон. Художник

сотворил королеву прекрасной. Её чёрные глаза смотрели со

стены целенаправленно и уверенно, несмотря на дождь и

шторм, затемнивший нижнюю половину её лица.

- Она всегда была моей любимицей, - сказала Мирабелла. –

Королева Шеннон и её штормы.

- Одна из самых сильных до тебя. Однажды твоё лицо

украсит эту стену.

- Стоит надеяться, - отметила Мирабелла. – Но эти росписи

не отражают правду.

Лука вздохнула.

- Времена теперь не так спокойны, после десятилетий

отравителей в столице. И Богиня не сделала бы тебя столь