Не хочешь! Да он только об этом и думал в последнее время. Как бы с кисонькой своей ненаглядной куда-нибудь на острова экзотические махнуть, под пальмы, к морю. И чтобы расхаживала она там без купальника. А он бы пил ее, как «кока-колу», – через каждые четверть часа. Только выходило, что с дискетами им на острова навсегда смотаться придется. Ну навсегда – не навсегда, там видно будет. Жизнь длинная. А авантюрные приключения все лучше, чем двухмесячные задержки зарплаты.

Андрей не узнавал сам себя. Куда делись его принципы, которыми он столько лет гордился? Куда делась высокая нравственность? Впрочем, Петр всегда говорил, что мораль – глупейшее изобретение общества. Так пусть теперь и не обижается. Андрей ходил к нему регулярно, рассказывал о том, как продвигается дело. Петр оставался доволен. Всякий раз, когда Андрей уходил, он улыбался и потирал руки…

Лариса посоветовала ему пристроиться к подруге в заброшенный дом. Потолкаешься, сказала, узнаешь, чем люди дышат, что болтают. Так он стал квартирантом Лю. Жизнь началась – как у разведчика. Лариса ему по ночам между строк вопросики всякие подкидывает, а он их потом задает в удобный момент. Смешно, ей-богу! Только и приятные моменты в такой жизни были. А самое приятное, что они теперь с Ларисой все время обсуждали, как жить будут в теплых краях. Она даже испанский язык учить стала. Пригодится.

Однажды она сказала, что пора. Нужно влезть в один дом и взять дискеты. «Только вряд ли она со мной во второй раз встречаться захочет. Специалист нужен». – «Какой специалист?» – «По кражам. Есть у тебя такой?» – «Попробую отыскать…»

Поговорил со старожилами о том о сем, получил от них наводки кое-какие. Стал человека искать. Да тут как-то вдруг пришел к Ларисе не в урочное время, а у нее мужик. Собственно, мужиком-то его при всем желании не назовешь. Так, сморчок с требухой. Волосенки жидкие распустил по плечам, узкий такой. Андрей его за грудки, а Лариса как топнет, как крикнет. Это, говорит, к подруге человек приходил, да не застал ее дома. «Иди, Стас, он тебя не тронет!»

Тогда-то в первый раз в нем сомнения зародились. А не играет ли с ним его девочка? Может, весь у нее интерес к нему – те дискеты? А как получит то, что хочет, так и пропадет навсегда с его горизонта? С бабой что разговаривать? Соврет – недорого возьмет. Он ее в постель потащил – проверять. А она как всегда – словно он у нее первый за последние десять лет, словно высохла вся, настрадалась одна. А они только вчера валялись на той же постели.

Но что-то такое проснулось в нем тогда, после этого волосатого типа. Легкость, с которой Лариса принимала жизнь, стала удручать. Ведь с такой же легкостью она может принять и другого…

Когда Лариса пропала, он совсем потерял голову. Бегал по городу, искал ее там, где они бывали вдвоем. Потом это приключение с Лю в крысятнике! Может быть, его Лариса уже забрала свои дискеточки и загорает себе в южных краях? При этой мысли сердце его безнадежно замирало.

Поиски его прервал неожиданно Петр. Позвонил, продиктовал адрес, велел срочно приехать. Встретил, провел по дурно пахнущим коридорам морга. Там, в холодильнике, Андрей и нашел свою красавицу с дыркой в прекрасном высоком лбу. Все планы тут же рухнули, будто красавица унесла их с собой. И он поклялся себе ничего не предпринимать. Петр смотрел холодно и странно. «Ты обманул нас…» Рядом как из-под земли возникли ребята, с которыми он так часто спорил на семинарах. Но смотрели на него так, словно в первый раз видели. Дико озираясь, Андрей стал пятиться к стене и повторять бессмысленно: «Ребята, ну что вы… В чем же я…» Кольцо сжималось.

Вскоре из здания морга вышел невысокий мужчина с большими, смешно торчащими ушами.

2

(Слава)

Лариса и Слава все-таки провели ночь вдвоем. Это называется обычно – заниматься любовью. Только даже искры любви не было высечено… Водоворот мелкой страсти и пустота без намека на удовлетворение.

Слава чувствовал себя отвратительно. Зачем он это сделал? Да и он ли? А может быть – она? Все получилось само собой, хотелось бы сказать – естественно, если бы это действительно было естественно. Она тут же уснула, свернувшись на кровати калачиком, дышала легко, неслышно. А он смотрел в потолок и чувствовал себя так, как будто умер. Нужно было придумать какое-нибудь оправдание произошедшему. Но как-то не получалось. От Ларисы веяло мертвым холодом.

Вот если бы на ее месте была хохотушка Мари, она бы сама придумала всему оправдание.

Слава вздрогнул. Он думал о Мари как о живой. Но ведь Мари лежит теперь в земле, и ей нет дела ни до него, ни до своей лучшей подруги.

Странные все-таки это были подруги. Лариса писала стихи, а Мари водилась с бандитами. А если приглядеться, все наоборот. Мари говорила так легко и красиво. Что там она сказала ему на прощание? «Прошлого нет. Прошлое – зола, пепел. Только вот роешься в нем и обжигаешь пальцы…» Может быть, это придумала Лариса? А Мари только повторяла?