— Хочу заключить небольшое пари, — деловито бросил кучер.

— Черт побери, Эмили, обрати наконец на меня внимание!

Девушка вдруг почувствовала себя совершенно несчастной и одинокой, и на глазах у нее выступили слезы.

— А почему я должна обращать на тебя внимание и терпеть твои выкрутасы?! Это ты, ты во всем виноват! Ты заставил меня влюбиться в тебя! Из-за тебя я не могу ни есть, ни спать!

Она сама не понимала, что говорит, но тут услышала за спиной голос женщины, которая с восхищенным вздохом произнесла:

— Ох, она его любит!

Трэвис расплылся в широкой улыбке и двинулся к Эмили, но она вытянула руку, удерживая его на безопасном для себя расстоянии.

— Можешь не беспокоиться — я справлюсь с. этой бедой. Моя любовь ничего не меняет. Так что воздержись от глупых замечаний. Все, я еду в Бостон!

— Нет, ты не едешь в Бостон.

— Еду. Никакие твои слова, Трэвис, не изменят мое решение.

— Ну-ка задай ему жару, девочка! — послышался из толпы пронзительный женский голос. — Не позволяй ему тобой вертеть!

— Если она его любит, ей надо остаться! — крикнула в ответ другая женщина.

Мужчины согласно заворчали. Эмили похолодела. Она повернулась к женщине, предлагавшей ей остаться, и прошептала:

— Неужели вы не понимаете, что если я останусь, то поступлю как настоящая распутница и опозорю своих родителей?

Та вдруг резко вскинула голову и выпучила глаза.

— Ты хочешь сказать, что тогда…

Эмили закивала:

— Вот именно.

— Пускай она едет домой… — проговорила женщина заикаясь.

Трэвис запустил пальцы в волосы. Мысль о том, что он теряет Эмили, приводила его в отчаяние. Он не знал, как вынудить ее остаться.

Господи, ну какая же она все-таки упрямая!

— Ты любишь меня, но, несмотря на это, уезжаешь. Я правильно понял? — произнес он, переведя дух.

— Да, — ответила она. — Я действительно люблю тебя, и я уезжаю. Так будет лучше.

— Разумеется, — отрывисто проговорил Трэвис.

Эмили повернулась, махнула собравшимся, чтобы они расступились, и почти бегом бросилась к дилижансу, но Трэвис догнал ее в три прыжка. Толпа не отставала от них.

— Я поклялась себе больше никогда в жизни не делать ничего второпях. Остаться здесь не только опрометчиво, но и грешно. Поэтому я еду домой.

Трэвис был почти в панике. Он не должен позволить ей уехать. Неужели Эмили не понимает, что она для него значит? Без этой девушки его жизнь станет пустой и никчемной.

Да он без нее вообще не хочет жить!

Трэвнс Клейборн остановился как вкопанный.

— Кошмар, — прошептал он. — Я же люблю ее. Эмили… Единственное его желание — чтобы она была рядом с ним всю жизнь. Но для начала надо высадить ее из дилижанса.

Трэвис схватил девушку за руку, Эмили снова забормотала что-то об опрометчивости и приличиях. Он терпеливо ждал, пока она закончит;

Эмили умолкла и взглянула на Трэвиса.

— Неужели ты не согласен? — спросила она, озадаченная внезапной улыбкой, которая зажгла лукавый огонек в его глазах.

— Абсолютно согласен.

— Ну все, она уезжает! — крикнул кто-то из толпы.

— Но если она останется, то погубит свою репутацию! — взвизгнула женщина.

— Аминь! — раздалось в ответ.

Они дошли до дилижанса, Трэвис открыл Эмили дверцу.

— До свидания, Трэвис, — тихо сказала девушка и протянула руку.

— Ты ждешь, что я ее пожму?

— Этого требует простая вежливость. А почему ты улыбаешься?

— Потому что я очень счастливый человек.

Эмили ошарашила столь внезапная перемена. Она опустила руку.

— Я напишу тебе.

— Это будет очень мило.

— Ты мне ответишь?

— Конечно.

Больше сказать было нечего. Девушка повернулась, собираясь сесть в дилижанс.

— Минутку, Эмили, — окликнул ее Трэвис.

— Да?

— Поцелуй меня на прощание.

Глава 12

Эмили в ожидании мужа расчесывала волосы. Она вышла замуж за сумасшедшего. И была так счастлива, что все время улыбалась. Любовь и радость переполняли Эмили и неудержимо рвались наружу…

Трэвис стоял у окна отведенной ему комнаты на втором этаже дома Перкинсов и смотрел в темноту. Луна сегодня была особенно красивой, а в небе сверкали мириады звезд. Сверчки пели свою ночную песню, воздух наполнял аромат сосен… Все казалось волшебным…

Роза розового цвета, на длинном стебле, которую Трэвис преподнес Эмили перед брачной церемонией, стояла в вазе на столике возле кровати. Она нежно провела пальцем по шелковистым лепесткам.

Дверь открылась, вошел Трэвис, задвинул щеколду и повернулся к жене. В длинной, до пят белоснежной ночной рубашке, с распущенными волосами, она была прелестна. У него перехватило горло от счастья. Какую красавицу ему удалось пленить!

— Добрый вечер, миссис Клейборн.

Эмили рассмеялась, и Трэвису показалось, что его обдало теплой волной. Он привалился спиной к двери и улыбнулся.

— Не надо волноваться.

— С чего ты взял, что я волнуюсь?

— Ты только что выбросила в окно свою щетку для волос.

Эмили снова рассмеялась.

— Я хочу, чтобы тебе было хорошо, — смущенно проговорила она.

— А мне уже хорошо.

Он сумел найти самые нужные слова. О, как же она его любит!

Трэвис снял рубашку, бросил ее на спинку стула. Скинул туфли и носки, подошел к ней.

— Ты правда волнуешься, милая.

— Немного. Я знаю, что должно произойти. Но не знаю как.