Читаем Три последних самодержца полностью

Бутовский говорил, что в последнее время у Клейгельса много неприятностей. Недавно у Стасова было собрание, человек 40. По распоряжению Департамента полиции в это собрание явилась полиция; 15 человек хозяин не мог назвать, и они были арестованы. По этому поводу поднялся в Петербурге гвалт, что полиция врывается в частные дома.

25 ноября.

Вчера по телефону Бутовский сказал из градоначальства, что вчера было большое волнение, были сходки в трех местах, четвертая готовилась в Лесном. Бутовский передал Клейгельсу взгляд Е. В., что пьесу «Контрабандисты» давать сегодня не следует. Генерал согласен со взглядом Е. В., управляющий Министерством внутренних дел Дурново того же мнения, но директор Департамента полиции Зволянский за то, чтобы пьеса шла; высказался, что, если пьесу снять, бунтовщики сочтут себя победителями. Сейчас прочла, что в театре Суворина спектакля сегодня нет. У них нежданно явилась возможность — в печальной кончине Коломнина — отменить представление.

26 ноября.

Сегодня для георгиевских кавалеров ничего нет в Зимнем дворце. Последнее время, говорят, солдатики опасливо ели царский обед после прискорбного случая, когда несколько человек в этот день поплатились жизнью — были отравлены там гнилой рыбой. Это было еще при Александре III.

28 ноября.

Вчера со всех сторон говорили о том, что министр двора Фредерикс подал в отставку, что им за последнее время была недовольна молодая царица.

Началось это с того, что, когда итальянское посольство, приезжавшее в Ливадию с возвещением о вступлении на престол короля, ожидалось в Ялту, по примеру прежних лет гофмаршальская часть разослала повестки о приезде и поздравлении итальянцев, и в конце написано было, в каких туалетах должны быть дамы. Царице эта повестка попала на глаза, и она, недовольная, сказала фрейлине Орбелиани, что она не знала, что теперь Фредерикс будет ей указывать, как одеваться, что она этого не допустит, что сама наденет черное простое платье, а не белое, как указывалось в повестке, и чтобы и Орбелиани оделась так же просто. Второе неудовольствие царицы на Фредерикса, что он, не спросясь ее, послал царице-матери депешу, что царь заболел тифом. Неукладистый, по-видимому, характер у молодой царицы.

2 декабря.

Странно, что царицу-мать, которая теперь больна инфлуэнцей, лечит хирург Вельяминов. Это наводит на мысль, что сплетни об отношениях между Вельяминовым и этой царицей, которые я слышала год тому назад, имеют некоторое основание.

6 декабря.

Рассказывал Никольский про редактора «Северного курьера» Арабажина, что он был у Стасовой на вечере, когда туда вошла полиция, накрыла там это сборище. Арабажин, который искал популярности в этом либеральном кружке, в минуту появления полиции так испугался, что спрятался. Затем, когда спросили его имя, он назвался Селивановым, именем секретаря редакции «Северного курьера». Все это на присутствующих произвело такое впечатление, что в «Союзе писателей» этого Арабажина прокатили на вороных. Положение этого Арабажина тяжкое: у консерваторов он в подозрении, а у либералов — в презрении.

10 декабря.

Сообщили Е. В. по телефону, что царь решил остаться в Ливадии до 15 января. Значит, и все министры раньше не приедут. Многим это не нравится, говорят, что эту зиму надо считать, что пропала для дел, что ничего не решается, все стоит и поэтому терпятся убытки.

15 декабря.

Галкин-Врасский сказал, что у молодой царицы во время болезни царя Ламздорф раз в неделю делал доклад о внешней политике. Витте она всего раз вызывала к себе. Другие министры у нее не были.

18 декабря.

Говорили нам, что Киевский университет закрыт, и вот почему. Там есть профессор Эйхельман, который читает финансовое право, а в этом году начал читать и философию права. Местный жандармский генерал, Новицкий, узрел, что он не то читает, что следует, хотя студенты саркастически относились к этим лекциям Эйхельмана. Новицкий так подвинтил Драгомирова, что надо в 24 часа выгнать Эйхельмана из университета, что Драгомиров, недолго думая, вызвал университетское начальство и потребовал изгнания профессора. Дело это было не так легко сделать, так как профессора избираются советом. Когда стало известно в университете это распоряжение, студенты и профессора возмутились. Была грандиозная сходка, на которую явилось начальство — Новицкий и Трепов. Студенты бушевали. Пришлось Новицкому крикнуть полиции, которой было очень много: «Сабли наголо!» Произошла рукопашная схватка. Арестовано 400 студентов. С ними будет поступлено строго, а именно — они будут определены в полки вольноопределяющимися для отбытия воинской повинности. И всю эту грустную историю изобрел Новицкий с выжившим из ума Драгомировым, который теперь или плачет, или ругается.

19 декабря.

Вчера закончилось дело о беспорядках в Малом театре на представлении пьесы «Контрабандисты». Кажется, 5 человек присуждены высидеть под арестом 7 дней, а 70 человек — 5 дней.

28 декабря.