Читаем Три мушкетера полностью

- Так вы, значит, выписали анжуйское вино? Ну и лакомка же вы, д'Артаньян! - сказал Портос.

- Да нет же! Это то вино, которое прислано мне от вашего имени.

- От нашего имени? - хором воскликнули три мушкетёра.

- Скажите, Арамис, это вы посылали вино? - спросил Атос.

- Нет. А вы, Портос?

- Нет. А вы, Атос?

- Нет.

- Если это не вы, - сказал д'Артаньян, - то ваш трактирщик.

- Наш трактирщик?

- Ну да! Ваш трактирщик Годо, трактирщик мушкетёров.

- В конце концов, какое нам дело до того, откуда взялось это вино! - сказал Портос. - Попробуем и, если оно хорошее - выпьем.

- Напротив, - возразил Атос, - не будем пить вино, которое пришло неизвестно откуда.

- Вы правы, Атос, - согласился д'Артаньян. - Так, значит, никто из вас не поручал трактирщику Годо прислать мне вина?

- Нет! И всё же он прислал вам его от нашего имени?

- Вот письмо! - сказал д'Артаньян.

И он протянул товарищам записку.

- Это не его почерк! - сказал Атос. - Я знаю его руку - перед отъездом я как раз рассчитывался с ним за всю компанию.

- Письмо подложное, - сказал Портос, - никто не арестовывал нас.

- Д'Артаньян, - с упрёком сказал Арамис, - как могли вы поверить, что мы нашумели?

Д'Артаньян побледнел, и дрожь пробежала по его телу.

- Ты пугаешь меня, - сказал Атос, говоривший ему «ты» лишь в случаях чрезвычайных. - Что случилось?

- Бежим, бежим, друзья мои! - вскричал д'Артаньян. - У меня возникло страшное подозрение… Неужели это опять месть той женщины?

Теперь побледнел и Атос.

Д'Артаньян бросился бежать к буфету, три мушкетёра и оба гвардейца последовали за ним.

Первое, что увидел д'Артаньян, войдя в столовую, был Бризмон, корчившийся на полу в жестоких судорогах.

Планше и Фурро, смертельно бледные, пытались облегчить его страдания, но было ясно, что помощь бесполезна: лицо умирающего было искажено предсмертной агонией.

- А, это вы! - вскричал Бризмон, увидев д'Артаньяна. - Вы сделали вид, что даруете мне жизнь, а сами отравили меня! О, это ужасно!

- Я? - вскричал д'Артаньян. - Несчастный, что ты говоришь!

- Да-да, вы дали мне это вино! Вы велели мне выпить его - вы решили отомстить мне, и это ужасно!

- Вы ошибаетесь, Бризмон, - сказал д'Артаньян, - вы ошибаетесь. Уверяю вас… клянусь вам…

- Но есть бог, он покарает вас!.. О господи, пошли ему такие же мучения, какие я чувствую сейчас!

- Клянусь Евангелием, - вскричал д'Артаньян, бросаясь к умирающему, - я не знал, что это вино отравлено, и сам собирался пить его!

- Я не верю вам, - сказал солдат.

И в страшных мучениях он испустил последний вздох.

- Ужасно, ужасно! - шептал Атос, между тем как Портос бил бутылки, а Арамис отдавал приказание - правда несколько запоздавшее - привести духовника.

- О друзья мои, - сказал д'Артаньян, - вы ещё раз спасли мне жизнь, и не только мне, но также и этим господам!.. Господа, - продолжал он, обращаясь к гвардейцам, - я попрошу вас хранить молчание о том, что вы видели. Весьма важные особы могут оказаться замешанными в эту историю, и все последствия падут тогда на нашу голову.

- Ах, сударь… - пробормотал Планше, еле живой от страха, - ах, сударь, выходит, что я счастливо отделался!

- Как, бездельник, ты, значит, собирался пить моё вино? - вскричал д'Артаньян.

- За здоровье короля, сударь. Я собрался было выпить самую малость за здоровье короля, но Фурро сказал, что меня зовут.

- Это правда, - покаялся Фурро, щёлкая зубами от страха, - я хотел отослать его, чтобы выпить без помехи.

- Господа, - сказал д'Артаньян, обращаясь к гвардейцам, - вы сами понимаете, что после всего случившегося наша пирушка была бы очень печальной. Поэтому примите мои извинения и давайте отложим её до другого раза.

Оба гвардейца учтиво приняли извинения д'Артаньяна и, понимая, что четыре друга хотят остаться одни, удалились.

Оставшись без свидетелей, молодой гвардеец и три мушкетёра переглянулись с таким видом, который ясно говорил, что каждый из них понимает всю серьёзность положения.

- Прежде всего, - предложил Атос, - давайте уйдём из этой комнаты. Труп человека, погибшего насильственной смертью, - это плохое соседство.

- Планше, - сказал д'Артаньян, - поручаю тебе труп этого бедняги. Пусть его похоронят на освящённой земле. Правда, он совершил преступление, но он раскаялся в нём.

И четверо друзей вышли из комнаты, предоставив Планше и Фурро заботу о погребении Бризмона.

Хозяин отвёл им другую комнату и подал яйца всмятку и воду, которую Атос сам набрал в колодце. Портосу и Арамису в нескольких словах рассказали суть дела.

- Как видите, милый друг, - сказал д'Артаньян Атосу. - это война не на жизнь, а на смерть.

Атос покачал головой.

- Да, да, - ответил он, - я вижу это. Но вы, значит, думаете, что это она?

- Я уверен в этом.

- А я должен сознаться, что всё ещё сомневаюсь.

- Однако же эта лилия на плече?

- Это англичанка, совершившая во Франции какое-то преступление, за которое её заклеймили.

- Атос, Атос, уверяю вас, это ваша жена! - повторял д'Артаньян. - Неужели вы забыли, как сходятся все приметы?

- И всё-таки я думаю, что та, другая, умерла. Я так хорошо повесил её…

На этот раз покачать головой пришлось уже д'Артаньяну.