– Выглядишь изумительно, – подтвердила Тома.

– И как только Рюриков не побоялся мне сам звонить, – протянула я.

– А чего ему было опасаться? – хмыкнул Олег. – Он-то знал, что скоро убьет тебя и что встречи у метро «Речной вокзал» не будет. Теперь все понятно?

– Нет, – вздохнула я.

– Что еще?

– Зачем Ольга Леонидовна ходила в «М. и К°»? Что за желание загадала?

– Это была Алиса.

– Алиса?

– Да. Девочка влюбилась и решила таким образом заполучить кавалера, но в фирме велели принести для оформления договора паспорт кого-нибудь из взрослых, Алисе еще нет восемнадцати, а сотрудники «М. и К°» предпочитают иметь дело только с совершеннолетними. Ну, девочка и взяла у мамы деньги да документы. Ольга жутко ругалась и даже выдрала дурочку за глупость… Ясно?

– Ясно, а что с Настей? Зачем ее похитили?

– О-о-о, – протянул муж, – это совсем другая история.

ГЛАВА 32

– Какая? – в один голос спросили мы с Тамарой.

– Печальная, – ответил Олег, – ладно, пошли.

Мы двинулись за ним в соседний кабинет. Там, в комнате чуть больше той, которую мы только что покинули, сидели четыре человека. Трое мужчин и девушка, лицо которой показалось мне странно знакомым.

Муж повернулся к нам и сказал:

– Знакомьтесь, Анастасия Леонова.

– Настенька, – закричала я, кидаясь к девушке, – очень рада, это вы со мной разговаривали по телефону, когда просили помощи. Уж извините, пришлось обмануть и сказать, будто я – Полина, но не могла же…

– Это недоразумение, – спокойным голосом парировала Настя, – ни с кем не говорила, ничего не просила.

В комнате воцарилось молчание.

– Но как же, – залепетала я, – как же? Еще плакали, велели мне соглашаться на все…

– С чего вы взяли, что это была я? – абсолютно невозмутимо проговорила девушка. – Мало ли кто мог назваться моим именем… Между прочим, во время разговора по телефону собеседника не видно.

Я застыла с раскрытым ртом и стала разглядывать младшую сестру Полины. Худенькое, почти прозрачное личико порочного ребенка, окаймленное пышными густыми волосами. Казалось, что тоненькая шейка вот-вот переломится сейчас под грузом этого великолепия. Хрупкая фигурка двенадцатилетней девочки, руки, похожие на спицы, и пальчики, напоминающие спички. Но аккуратные ноготки украшает слой нежно-розового лака, слегка облупившегося на мизинцах.

Мизинцы! Я так и подскочила.

– Олег! У нее все пальцы целы!

Муж только качал головой:

– Конечно.

– Но чей же мизинец прислали в коробке из-под сигарет?

– Вы можете ответить на этот вопрос? – спросил Олег Настю.

Та фыркнула:

– Совершенно не понимаю, о чем речь!

– Но где вы были все эти десять дней? – не выдержала я.

– Как где? – удивилась Настя. – Дома.

– Дома?!! – воскликнула я. – Дома?!!

– Что здесь удивительного, – распахнула свои огромные глаза девица, – люди, как правило, живут дома!

– Но, – забормотала я, – кто же вас обслуживал…

– А зачем ее обслуживать? – поинтересовался Олег.

– У нее ноги не ходят.

Настя хмыкнула, спокойно поднялась со стула и спросила:

– И кто придумал такую глупость?

От неожиданности я просто онемела:

– А, но, ой!

Олег мрачно глянул на меня, потом на Настю:

– Вот что, Леонова, кончайте ваньку валять. Сережа, позови там, этого…

Дверь приоткрылась, и в комнату вошел высокий плечистый парень. Настя отскочила к окну.

– Ты?

– Он, он, – преспокойненько ответил Олег. – Раскаявшийся Караулов Федор Петрович, массажист, собственной персоной. Он – молодец, рассказал абсолютно все!

– Знаю его, – прошептала я, – видела парня, он угощал меня вкусным мясом! Это он отволок деньги в «М. и К°», чтобы эстрадная певица Нино захотела взять его замуж, но баба предпочла полунищему массажисту богатого американца, и тогда…

– Он решил исправить свое материальное положение за счет Полины!

– Это она придумала, – быстро ткнул Федор пальцем в Настю, – ее идея, я только подчинялся, не хотел…

– Мразь, – завизжала Леонова, топая ногами, – сволочь, гадина…

– Тише, тише, – поморщился Олег.

– Вы мне ничего не сделаете, – внезапно спокойно сообщила Настя, – ничего криминального не произошло, просто неудачная шутка, семейное дело!

Секунду мой муж брезгливо смотрел на девчонку, потом повернулся к нам с Тамарой.

– Пошли.

Мы вернулись в его кабинет.

– Самое отвратительное, – прошептал Олег, – что эта дрянь целиком и полностью права! Ей и впрямь нечего вменить!

– Ничего не понимаю, – прошептала я, – она здорова! Но зачем Полина говорила про сестру-инвалида?

Олег снова вытащил сигареты.

– Ладно, девчонки, слушайте следующую сказочку, на этот раз о сестринской любви.

Всю жизнь Полина ненавидела себя за то, что нечаянно сделала Настю инвалидом. Надо сказать, что вину бедняга искупала истово, посвятив себя целиком и полностью сестре. Все заработанные деньги уходили на Настю: лекарства, деликатесная еда, эксклюзивная одежда, санатории, лучшая косметика… Младшая Леонова имела все. Старшая питалась кое-как и постоянно думала, где бы добыть денег.