За все время своего существования человечество вело обмен в конечном итоге с выгодой для себя и никогда не рубило сук, на котором само сидит. Люди превращали гектары леса, пустынь, болот в плодородные поля. Тысячи лет назад трудом человека созданы орошаемые земли Китая, Месопотамии, Египта и Средней Азии, а все сельское хозяйство Западной и Центральной Европы ведется на землях, раскорчеванных из-под леса.

Станем надеяться, что и в дальнейшем обмен пойдет к выгоде для человечества.

Надо отличать неизбежность от небрежности. Когда заводы и фабрики спускают в реки ядовитые сточные воды — это уже не честный обмен, а явное надувательство. Мы далеко уклонимся от нашей темы, если станом рассматривать, почему так произошло и надолго затянулось. Найденные способы очистки позволяют надеяться на успешное решение проблемы в ближайшем будущем.

Более ста лет назад американский дипломат Джордж Марш написал книгу «Человек и природа» и в ней привел длинный список преступлений человека перед природой. Марш многого не понимал и все же не был беспросветным пессимистом. Современные же маршисты, маршируя от той же самой печки, приходят к совсем не утешительным выводам. Но ведь счет-то ведется односторонний, перечисляются все потери и замалчиваются полученные взамен приобретения. Уж будто бы только истребляли? А возьмите антоновскую яблоню с тонной плодов на ветвях, асканийского барана с пудом шерсти, курицу, несущую две сотни яиц в год, капустный кочан в полпуда весом, корову, дающую ведро молока за один удой — таких растений и животных дикая природа не знает. Хлебные злаки, овощи, домашние животные, вообще все, что дает сельское хозяйство и что составляет основу нашего питания, — все это создано человеком. Таким образом, хозяйственная деятельность человека носит ярко выраженный созидательный характер.

Под влиянием хозяйственной деятельности человечества производительные силы природы увеличивались. Возьмем факт общеизвестный. На него указывал Д. Н. Прянишников (1865–1948 гг.) в своих лекциях студентам. В Западной Европе в 1770–1780 годах снимали пшеницы по 7 центнеров с гектара, в 1840–1885 годах — 16 центнеров, к 1925 году постоянный и устойчивый урожай повысился до 30 центнеров.

Д. Н. Прянишников подсчитал, что природа нашей страны позволяет при нынешних возможностях увеличить продукцию сельского хозяйства в 12–14 раз.

А сейчас наступает эра химии. Лет двадцать назад всякий искусственный материал встречался недоверчиво и пренебрежительно: «Эрзац, сплошная химия, фальсификация, подделка!» А в недавнее время, когда я впервые встретил на улице девушку в роскошнейшем кожаном пальто яркой расцветки с такой тщательно обработанной поверхностью, что глазу скользить по ней мягко, то невольно остановился и восхищенно спросил:

— Должно быть, очень высокий сорт кожи? Как это называется? Шевро, хром, сафьян?

— Нет, — отвечает, — синтетика.

Теперь слово «синтетика» произносят почтительно и только спрашивают: «Отечественная или импортная?»

Наш разговор идет о лесах. А о самом остром из всех разыгрывавшихся в природе конфликтов я рассказал для сравнения. Попробуем перенести рыбные дела на лесной язык. Положение в рыбном хозяйстве станет понятным леснику, если он представит, что деревья утратили способность плодоносить, что у нас начисто вымерли сосна, ель, дуб и даже осина и мы вынуждены довольствоваться канадским тополем и хемлоком, посылая за ними флотилии кораблей через океан.

Но в лесах ничего подобного не произошло, условия существования деревьев не изменились. Перед лесоводами не стоят такие головоломные задачи, какие встали перед ихтиологами.

Развитию лесного хозяйства не препятствуют никакие новые обстоятельства, возникшие в природе. Лес — самый безмятежный и наиболее перспективный из всех разделов природы. Есть полная возможность умножить и качественно улучшить наши лесные богатства. Уровень лесного хозяйства не зависит ни от чего другого, кроме размера государственных ассигнований.

У нас до леса руки не дошли, работа запущена. Десять лет назад в нашей стране расходовалось на лесное хозяйство 200 миллионов рублей в год, этого явно было мало. В 1965 году расходы возросли до 493 миллионов рублей, охраной леса и уходом за лесом занято полмиллиона человек.

В последнее время в Советском Союзе ежегодно сажается и сеется по два миллиона гектаров леса, то есть столько же, сколько проходится сплошными рубками. Но мы не вправе считать наши обязанности перед лесом выполненными.

Наши таежные северные и сибирские леса плохи, заболочены, медленно растут; уничтожают их пожары и грызут гусеницы да личинки всяких вредных насекомых.

Это ложный взгляд, что пусть-де леса стоят, как прежде стояли, и ничего якобы с ними делать не надо. Чтобы все леса привести в порядок, нужны экскаваторы, канавокопатели, бульдозеры, путеукладчики, тракторы, плуги, посадочные машины, самолеты и вертолеты. Все это стоит денег. Нужны, стало быть, деньги.

А благочестивыми словами о сбережении лесов делу не поможешь. Пустая болтовня давно уже всем осточертела.

Зеленый пояс