Читаем Три аксиомы полностью

Вдоль тротуаров посажены теперь липы, но стоят они всего только в один ряд. Для большего нет места. Улицы продолжают называться Садовыми по старой привычке. Садов не стало.

К. Г. Паустовский — свидетель правдивый. Если в нем может проявиться пристрастие, то совсем в иную сторону. Мы знаем писателя как лирика и романтика, влюбленного в красоту живой природы. Его «Повесть о лесах» — лучшее, что написано на эту тему в художественной литературе. И мы знаем, что если возникнет конфликт между практическими нуждами человека и существованием дерева, Паустовский пренебрежет практикой и встанет на защиту дерева. Ласковый шелест листьев для него приятнее трамвайного грохота. И тем не менее из приведенного отрывка ясно, что деревья с Садовых улиц следовало удалить.

Это был единственный случай, когда в Москве уничтожали бульвары и сады. На первый взгляд — повод для упрека, а на самом деле упрекать не в чем.

Никто не имеет права заявить, что в Москве деревья якобы не берегут. Нет, заботливо берегут, усиленно сажают, тщательно ухаживают и тратят на это дело колоссальные деньги. В Москве довольно часто ломают дома, чтобы посадить деревья, но я лично не видал ни одного случая, когда срубали бы деревья, чтобы построить на их месте дома.

Ущерб, понесенный на тесном Садовом кольце, с избытком искупается широчайшим размахом озеленительных работ в других, более просторных районах столицы. В советский период в Москве создано несколько крупных парков и много сотен новых скверов; более тысячи улиц и переулков обсажены рядами деревьев вдоль тротуаров.

Я еще застал время, когда на Тишинской площади стояли возы с сеном, а на площади Борьбы — с дровами. Прежняя извозчичья и малоэтажная Москва не могла существовать без торговли сеном и дровами. А эти объемистые товары продавались всегда возами и требовали простора. В советский период бывшие торговые площади превращены в скверы.

Общее количество зеленых насаждений всех типов на сопоставимой территории Москвы увеличилось с 2145 гектаров в 1913 году до 7300 гектаров в 1960 году. Сейчас числится значительно больше, целых 17 тысяч, но эта новая цифра несопоставима с двумя прежними, ибо увеличилась за счет расширения границ города до кольцевой автодороги. На присоединенной к Москве территории имеется около десятка тысяч гектаров леса, но он не заново выращен, а существовал и прежде.

Нас интересует, конечно, не ведомственная подчиненность, а фактическое количество лесов, парков, скверов, бульваров. Насколько можно судить по опубликованным данным, зелени в Москве после революции прибавилось. Да не только статистика, то же самое подсказывает память московских старожилов. Возле Крымского моста была прежде мусорная свалка, в Лужниках — огороды, вокруг нынешнего здания университета на Ленинских горах — пустырь, на месте Выставки достижений народного хозяйства — пустырь. Теперь на этих местах выращены неплохие парки.

Однако нельзя сказать, что дела вполне блестящи. Недостаток заключается в неравномерном распределении зелени по территории Москвы.

Богато озеленены новые районы, созданные на окраинах. Там озеленение входит составным элементом в проект застройки. Просторные улицы и кварталы спланированы так, что всюду есть много места для деревьев.

И по-прежнему трудновато с зеленью в центре. Переделывать старый город гораздо труднее, чем строить новый. Чтобы расширить узкие московские улицы, много надо сломать домов и выселить уйму народа. Это дело займет немало времени. Но и сейчас стараются не упускать возможностей для посадки деревьев. Места, освободившиеся после сноса ветхих построек, используют по большей части для разбивки скверов.

Есть, конечно, и недостатки. Не всех удовлетворяет состав древесных пород. Хороша липа, но она медленно растет и дорого обходится. Не случайно в городских посадках получил распространение тополь. Он обладает многими достоинствами: быстро растет, легко переносит уплотнение почвы и прочие невзгоды городской жизни. Но людям он не нравится из-за пуха. К сожалению, у нас мало сажают новых пород деревьев. А их много создал выдающийся селекционер Л. С. Яблоков.

Золотые листочки

Большой участок площади перед Киевским вокзалом в Москве огородили забором, и там внутри начали стучать отбойные молотки и еще какие-то невидимые машины. Слышно, что взламывают асфальт, и ясно, что начинается стройка, а что строят — никак не поймешь. Если дом, то словно бы не на месте.

Кто-то сказал:

— Будет новая станция метро.

Но у Киевского вокзала и без того две станции метро. Куда ж еще? Что-нибудь не так.

Недели через три забор убрали, мусор вывезли, и там, где люди привыкли видеть гладкий асфальт, появился чистенький новый сквер с деревьями восьмиметровой высоты и с зеленой травой. Превращение совершилось быстро, и опрокинулась старинная поговорка: «Скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается».