Читаем Третья полностью

‒ Я… проспала?

Он лишь покачал головой.

‒ Нет. Ты просто… поспала.

Мне было нужно, меня попросту выключило – никогда ранее такого не испытывала.

‒ А задание? Мы… не опоздаем?

‒ Все вовремя. Сейчас будем обедать, как раз поговорим о нем.

Мне нужно было подняться, переодеться, – не ходить же в халате целый день? ‒ но я никак не могла отвести взгляд от Арнау без шипов. Он изменился. Коэн, на которого я посмотрела, изменился тоже, я чувствовала. И дело было не в том, что сегодня я позволила им обоим прикоснуться к своему телу, я доверилась им. Честно, по-настоящему. И они восприняли это доверие как подарок. Мы втроем впервые начали действительно принадлежать друг другу – более ни стен, ни отдаленности. Наверное, страшно так любить, а по-другому не хочется, по-другому ‒ уже «компромисс», на который не размениваются.

В том, что я их люблю, я более не сомневалась.

Удивительное открытие ‒ простое и правильное. И измеряется это чувство не словами и даже не поступками, а ощущением того, что ты подпустил кого-то к своему внутреннему светильнику. Того, кто может помочь ему гореть ярче. Или погасить. Любовь – это риск, пока ты боишься. Я надеялась на то, что они помогут мне научиться не бояться.

‒ Мне… нужно переодеться.

‒ Конечно.

Прежде чем освободить дорогу, Эйс наклонился и коснулся своими губами моих, и то был самый нежный поцелуй, который мне когда-либо дарили.

* * *

(Luma – All in)

Выходила к столу я с полной уверенностью, что перешагнула некую невидимую грань. И там, где раньше я пыталась всеми известными способами защищаться, теперь плавало принятие своей душевной обнаженности. Что ж, пусть так.

Я в домашних штанах, тунике и босая; кто-то заботливо принес синее платье из коридора и положил его на спинку дивана.

‒ Спасибо за обед, ‒ произнесла я, глядя на Гэла, – мне до сих пор не было привычно, когда кто-то готовит за меня. Тем более, когда это делает мужчина. И пусть этот обед прост и примитивен ‒ он все же для меня накрыт. Горячие тосты, ветчина, сыр, помидоры; баночки с соусами, горячий картофель.

Коэн улыбнулся, и я еще раз поймала себя на мысли о том, что парни изменились, как и я. Словно тоже этот невидимый рубеж перешагнули. Значит, если дальше бурные воды, нам придется держаться вместе.

‒ Какое сегодня задание?

‒ Простое.

Спасибо, что Эйс в майке. Вид его обнаженного тела – это почти что пытка.

Первую картофелину я натыкала на вилку, чувствуя жажду поесть и жажду узнать детали того, чем сегодня предстоит заниматься. Кажется, я начинала привыкать к жизни вне редакции, я начинала ее обожать. Все-таки разнообразие – это мое. Да и будни, проходящие вне кабинета, ‒ это настоящая жизнь, не пропущенная, как некий фильм, который ты слушаешь на фоне, не глядя на экран.

Арнау положил руки на стол, и я, сидящая рядом, впервые позволила себе провести ладонью по его внушительному бицепсу.

‒ Еще раз так сделаешь, и продолжим в спальне.

‒ Обедать?

Мне стало смешно.

‒ И обедать, и не обедать. Я, вообще-то, после этого прекрасного процесса не разрядился. Он тоже. – Кивок на Коэна.

‒ А как же душ? – спросила я безобидно.

‒ В душ в следующий раз пойдешь со мной.

О да, пойду, вдруг подумалось мне. И позволю себе еще раз испытать это шикарное чувство, когда ягодицы прижаты к стене. Я так же позволю ему мягко доминировать, принимая эту составляющую, более не противясь ей.

‒ Лив, ‒ мягко позвал Коэн, ‒ этот твой взгляд с поволокой. Не тестируй наши стальные яйца.

‒ А что я-то? Это всё вы!

Я любила их широкие улыбки. Да что уж там ‒ я любила в них все.

‒ Ладно, ‒ сдалась и постаралась убрать мечтательную поволоку из своих глаз, ‒ слушаю по существу. Кого сегодня нужно надуть?

Эйс усмехнулся.

‒ Не надуть. А отвлечь. Сегодня мы с тобой идем на закрытую вечеринку как пара. И нашей задачей станет задержать на ней Робина и Веронику Вайс, которые придут туда для поиска Третьего или Третьей.

Про «Третью» я слышала. Но про «Третьего»?

‒ Третьего? – спросила вслух.

Кивнул Гэл.

‒ Да. «Контур» работает в любом треугольнике, пол партнеров не важен. Вайсов этот эксперимент интересует. И потому, пока вы с Эйсом будете удерживать их в пределах помещения, где проходит «пати», я постараюсь вычислить их причастность к громким ограблениям, случившимся за последние пару месяцев. Есть вероятность, что эта эпатажная чета – мошенники.

‒ Ты исследуешь их дом на предмет улик?

‒ Да.

Теперь ясно, зачем мне платье.

‒ Значит, нужно просто пробудить их интерес к себе, завлечь, как потенциальная «третья»?

‒ Да. – Арнау налегал на картошку, накалывая на вилку по три дольки сразу. – Звучит просто, верно? Выдвигаемся через час.

* * *

(YMIR – Heartsick)

Когда в помещении отсутствуют окна, кажется, что царит ночь. Или поздний вечер. Неоновые огни обманчивы; звуки музыки расслабляют. Всюду блестки коктейльных женских нарядов, сияют в ушах и на пальцах бриллианты. Мужчины в строгих костюмах, белоснежных сорочках, отглаженных брюках и лакированных ботинках – чета Вайс задала классический дресс-код, и все гости, находящиеся в зале, сочли должным ему соответствовать.