Читаем Трещина (СИ) полностью

— Угадал с первых слов, сказанных под моей крышей.

— А вас не смутило то обстоятельство, что к вам пришла девица в мужском платье, поздно ночью и попросила совершить таинство святого крещения в отношении чернокожего язычника?

— Путь в лоно Матери нашей, Церкви, не заказан никому из язычников, независимо от цвета кожи и прежнего вероисповедания.

— И прежних заблуждений, вы хотели сказать? Что ж, ваше рвение было бы похвально, если бы та, которую вы принимали в своём доме, не являлась ведьмой, а её невольник и раб, как это мы подозреваем, исчадием ада!

— Но может ли демон желать принятия святого крещения, ваше преосвященство? Мыслимо ли это? — Воскликнул падре Микаэль в непритворном удивлении.

— Сила Сатаны велика! — Был ответ. — Нельзя недооценивать её. Волей или неволей, но вы потворствовали надругательству над святыми таинствами и осквернению храма!

— Но где же доказательства того, что это несчастное дитя — ведьма? — Не сдавался падре Микаэль.

— Доказательства будут. — Произнёс Великий Инквизитор со змеиной улыбкой. — Приведите второго свидетеля!

Стражники ввели сильно дрожащего, согнутого почти пополам старика Макало. Он был без своей неизменной трубки, а бесформенную шляпу судорожно мял в руках.

— Назовите своё имя! — Последовал приказ, от которого старик ещё больше сжался.

— М-моё имя? А, моё имя! Так моё имя Макало, если угодно вашей милости! Я тридцать лет состою при нашем городском цирке, и меня всякий знает!

— Чем ты занимаешься в цирке, почтенный Макало?

— А, ета, если угодно вашей милости, то я в цирке гавночист, и не только в цирке, но и на улицах нашего славного города! Убираем, значит, разное гавно, что остаётся после всяких там ослов, да лошадей, а то бывает и после коров, ведь у нас по улицам и коров водят, когда их молочники до знатных господ гоняют, чтобы значит там и подоить. Так эта скотина, доложу я вам, как насрёт, так с булыжной мостовой её гавно попробуй, вычисти!

— Довольно! Мы поняли род твоих занятий, Макало, а теперь скажи нам, узнаёшь ли ты существо, которое видишь перед собой?

— Узнаю, конечно, сударь! Это существо — всеми нами любимый и уважаемый падре Микаэль…

— Да нет же, бестолочь! Мы имеем в виду вот эту девицу, которая стоит рядом с обвиняемым! Узнаёшь ли ты в ней ту самую ведьму, по поводу которой ты уже давал показания?

— Да вроде как узнаю, а вроде, как и нет. Та была вся из себя красивая — такая, ухоженная, а этой, как будто пол помыли вместо тряпки. Хотя, если присмотреться повнимательнее, то узнаю! Она это! Только что же такое тут сделали с бедной девочкой? Нет, ваша милость, вы как хотите, а не хорошо это! Правда, я сам чуть было не проткнул её навозными вилами, но так это ж совсем другое дело…

— Хватит! Замолчи, старый дуралей! Лучше скажи, узнаёшь ли ты этот предмет?

При этих словах, по знаку Великого Инквизитора, один из служек поставил перед стариком ларец и откинул крышку. На дне ларца лежал небольшой бумажный прямоугольник, испещрённый короткими надписями, и украшенный сверху синей печатью.

— Узнаю, ваша милость. Это тот самый лоскуток, который потеряла девчонка, когда летала над двором. Я нашёл его на навозной куче, когда рассвело, и хотел отнести… вашей милости, чтобы бескорыстно отдать, значит. А капитан Барбарус бессовестно отобрал его у меня и присвоил! А было это как раз тогда, когда девчонка сидела на колокольне, и за ней прилетел дракон, который засрал всю улицу перед собором святого Иекадима Египетского. Ну, я вам доложу, это был и навоз!..

— Достаточно! Уведите этого старого болтуна, от его слов у меня уже голова болит! То, что перед нами стоит та самая ведьма, которая бесчинствовала в городе три месяца назад, можно считать доказанным. А теперь приведите сюда мавра!

Старика Макало вывели вон. Уходя, он всё оглядывался и повторял: «Как будет угодно вашей милости! Как будет угодно вашей милости! А с девочкой они так зря! Нельзя так с девочкой…»

Вместо него в зал ввели новоокрещённого Драгиса. Он тоже был в цепях, и эти цепи держали не двое, а шестеро здоровенных стражников. Из всей одежды на великане были только короткие обтрёпанные снизу штаны. С первого взгляда было видно, что «мавра» недавно попытались отмыть, и это удалось сделать лишь наполовину. Его волосы выглядели так же, как у Анджелики, но не свисали длинными патлами, а стояли бесформенной пегой копной, а вот могучую грудь, спину, руки и ноги украшали замысловатые разводы, придававшие своему хозяину поистине фантастический вид. Драся держался прямо и глядел по сторонам с видом независимого любопытства. Так он прошёл половину пути до стола, за которым сидели судьи и тут его взгляд нашёл понуро стоящую между двух стражей Анджелику…