- Думаю, теперь ты понимаешь, куда попал, - тихо сказал ему Страйкер. – Те, раздолбаи, которые встретили нас здесь два дня назад – это так, шелуха вонючая, простолюдины, которых призвали защищать колонию. А эти, - он кивнул в сторону мертвых хальдов, - этих с детства учили воевать. Понимаешь? С детства. Война – это их жизнь. Ты видел, что они сделали? Они знали, что им не уйти отсюда живыми, но даже не попытались свалить, и не сдались. Вместо этого они решили продать свои жизни как можно дороже. Это сильный и опасный враг, братуха. Ты уже встречался с таким, - Страйкер заговорил еще тише, - С Кррампом Гриди. А эти в два раза хуже. И их много.

[1] Нанту – (от англ. nano tool), нано инструмент.

Глава 17

«Сегодня после боя, я видел, как один парень подобрал треонскую винтовку и прострелил себе голень. Я не выдал его. В конце концов, все мы здесь по своей воле, и каждый имеет право уйти, когда пожелает. Пусть даже и таким способом. Самострел был предусмотрителен, он отбросил шлем подальше, чтобы камера не засняла, как он стреляет. Но он, похоже, не знал, что пороховое оружие оставляет следы. Врачи, наверное, сообщили, куда следует, потому что вечером им занялись СП-шники[1]. Дурачку грозит пятнадцать лет тюрьмы. Думаю, его это устроило. По крайней мере, когда его забирали, выглядел он довольным». (Из дневника рядового Зарипова Р. Р.)

Через несколько дней всех, кто был на холме, перевели в другую дивизию, в армию генерала Раддиса, и они отправились на Запад. Там планировалась какая-то крупная операция. Роту капитана Джанояна, в которой служил Михей, сохранили, пополнив состав. Теперь взвод Каримова был полностью укомплектован. На войну впервые прибыли выпускники школы Солярис – новобранцы без опыта.

Михей приобрел себе нанту. Джамаль посоветовал ему сразу же установить голосовые команды на самые необходимые в бою инструменты: нож, штык и щит. Каримов занимался «воспитанием» новичков, чтобы те не погибли в первом же бою. А бой, по слухам, предстоял уже на днях. Новой целью генерала Раддиса был крупный город в двадцати километрах к Северу. Армия, наконец, получила установки залпового огня, зенитные комплексы способные уничтожать снаряды вражеской артиллерии, машины поддержки танков, и БМП.

Время наступления держалось в секрете, и солдаты коротали дни в тяжелом ожидании, готовые в любую минуту подняться и идти в бой.

Дивизия располагалась во второй линии обороны, на широкой равнине окруженной лесами. По сравнению с тем шахтерским городком, и, тем более, с той высотой, где Михей ночевал еще неделю назад, условия здесь были просто царские. Отдельная палатка на каждый взвод, мягкие надувные матрасы, по две душевые кабинки на роту, и комфортабельные биотуалеты. О чем еще можно мечтать?

Михей растянулся на своем матрасе, и лениво изучал руководство по тактике, в котором появились кое-какие обновления. На видео крепкий лысоватый мужчина средних лет, щедро подкрепляя слова жестами, спокойным голосом рассказывал, как лучше всего убивать арахноидов. Раньше самым эффективным способом считался выстрел в грудь, так как это - самая открытая часть тела. Но в тоже время она и самая защищенная. Стандартный винтовочный патрон калибра 5,56 не мог пробить экзо скелет треонца в области груди уже с расстояния двухсот метров. К тому же, треонцы использовали доспехи из неизвестного сверхпрочного сплава. На расстоянии в сто метров такую броню можно было пробить только стрельбой в режиме «Экстра». Но даже тогда арахноид может оставаться в живых и продолжать драться еще довольно долго. Все дело в том, что в груди у него находится только малое сердце, без которого он вполне может обойтись какое-то время, желудок и часть кишечника. Тогда как большое сердце, легкие и другие, жизненно важные органы находятся в брюшке, которое остается скрытым, когда арахноид повернут в профиль.

Самым слабым местом оставалась, естественно, голова. Однако в нее было труднее попасть, к тому же она часто была защищена шлемом. Были случаи, когда одиночное попадание в голову, не убивало треонцев. Они переставали что-либо соображать, ничего не видели и не слышали. Сохранялись только моторные функции. При этом они беспорядочно метались из стороны в сторону, продолжая стрелять или размахивать мечом, часто попадая по своим. Это объяснялось тем, что в теле арахноидов было несколько нервных узлов, которые продолжали функционировать некоторое время даже после смерти мозга, посылая импульсы в конечности.

Теперь руководство рекомендовало, по возможности, обездвижить противника, повредив две-три лапы – тогда он не сможет прыгать - и стрелять либо в голову, либо в зазор между основаниями второй и третьей лапами. Последнее было предпочтительней, так при этом гарантированно поражались сердце и легкие.

- Вам не кажется удивительным, - заговорил вдруг Михей, присев на край матраса. – Как две инопланетные расы могут быть так похожи друг на друга?

- Хэх, слышь, Джамаль, - ухмыльнулся Страйкер, лежа на своем матрасе, - Михей говорит, мы похожи на гребаных пауков.