Читаем TRANSHUMANISM INC. полностью

Мельхиор отпрыгнул назад, словно получил удар когтями по носу, сжался в пушистый шар и задрожал. Натурально задрожал — крупной дрожью, будто ему стало холодно или страшно.

Шредингер поднялся с земли, повернулся к обидчику и выгнул желтую спину дугой.

— И вообще, — продолжил он, — что это за пошлость — победоносный альфа-кот? Вы думаете, кошечкам такое нравится? Да, киски подчиняются грубой силе, но при этом вы им глубоко противны… Они будут мечтать совсем о другом. Что и доказывает наш опыт…

Мельхиор тоже выгнул спину — и вдруг Миу услышала его хохот. Оказывается, он трясся не от страха, а от смеха.

— Как вы сказали, сударь? — спросил он. — Пошлость? А сами вы помните, кто вы такой и почему вы здесь?

Шредингер, похоже, этого не ожидал.

— Я сверхкот, — сказал он, но уже без особого апломба.

Мельхиор глянул сначала на него, потом на Миу.

— А что это значит — сверхкот?

— Это значит, — ответил Шредингер, — что я помню слова и заключенную в них древнюю мудрость. И когда другой кот или кошка входят в мою ауру, мудрость делается доступной им тоже. Вот как сейчас вам…

— Ох, — сказал Мельхиор, — ну и каша у вас в голове. Признаюсь, я только что собирался подвергнуть вас ритуальному глумлению, как это принято среди котов, но после таких слов мне ничего уже не хочется. Правда. Я имею в виду, не хочется делать это по-кошачьи. Не знаю, входило ли это в ваш план, но вы замечательно умеете будить в душах сострадание. Позвольте, сударь, показать вам, что такое альфа-кот и чем он отличается от омеги. Давайте-ка я пущу вас на минутку в свою ауру…

— Что вы имеете в виду? — встревоженно спросил Шредингер.

— Сейчас я объясню, что здесь происходит, уважаемый сверхкот. И вы сами все вспомните.

Хвост Шредингера выгнулся вопросительным знаком.

— Вы пытаетесь испортить нам медовый месяц, — сказал Мельхиор бархатным голосом, — поскольку потеряли последние средства на баночной бирже, и считаете, что по нашей вине. Это неверно — решения принимали вы, мы только консультировали и предупреждали о рисках. Вы работаете здесь омега-котом, потому что ваш контракт первого таера кончается. Ваши обязанности сводятся к тому, чтобы покоряться всем видам насилия и источать дурной запах, вызывая презрение к себе — и за это ваше существование продлевается на ежемесячной основе. Слова вы помните лишь потому, что перед вахтой оставили включенным свой личный мозговой будильник. Без него вы были бы простой желтой омегой…

Шредингер почти не изменил позы, но Миу показалось, что его усы, прежде горделиво топорщившиеся вверх, как-то увяли.

— Вы нарушили условия контракта, — продолжал Мельхиор, поглядывая то на Шредингера, то на поджавшую хвост Миу, — и теперь вас ждет унизительное разбирательство в суде и отключение вашей банки от систем жизнеобеспечения… Но мы, альфы, сострадательны к слабым. Поэтому я готов пойти вам навстречу. Мы с вами все-таки русские люди — давайте поступим по заветам Германа Азизовича Шарабан-Мухлюева. Вот вам моя оферта. Я не стану подавать в суд, и вы сможете продолжить свое существование на границе первого таера и небытия, если прямо сейчас, перед лицом моей невесты, вы сделаете мне то, что не принято в семействе кошачьих, но отчего-то называется в русском языке французским словом minette — «кошечка»…

Миу показалось, что Шредингер из желтого стал серым. Он даже не поднял взгляда, только кивнул.

Мельхиор лег на спину, выпятив светлый живот к небу, и несколько неестественным для кота образом прислонил затылок к картонной коробке. Так он мог одновременно видеть Шредингера и свою суженую.

— Приступайте. Да-да, давайте немедленно. Вот так… Да… И вот что я вам скажу, сударь, раз уж мы разговорились по душам… Вы ведь из Москвы, верно? Да не отвлекайтесь, просто кивните. Говорить не надо, вы уже нормально тут наговорили… Я тоже родом из Москвы. Хорошо помню этот город. И вы, уважаемый, ошиблись адресом. Вам надо было не сюда. Коровий вал знаете? Где Садовое кольцо. Там поблизости будет Первый Люсиновский переулок… Или Первый Добрынинский… Черт, сейчас уже не помню точно, но если немного поискать, в нормальной симуляции найдете. Там во дворе стоит такая длинная зеленая палатка, типа большой ларек. Еще крыша шиферная, крыльцо в три ступеньки и решетки на окнах. Узнаете сразу. Вот там пункт, где принимают второсигнальный умняк. Вам туда надо. А мы, при всем уважении, не берем… Мы здесь от своего отдыхаем… Да…

Мельхиор долгим взглядом посмотрел на смущенную Миу и снова обратился к желтому коту:

— У вас ведь неплохо получается, когда стараетесь. Очень недурно и вполне первосигнально. Как говорится, человек двух миров… Я вас похвалю, пожалуй, в отзыве. Чтоб не уволили. Ну, хватит…

Мельхиор встал на лапы и еще раз брезгливо понюхал Шредингера.