Читаем TRANSHUMANISM INC. полностью

— Боестолкновение уже кончилось, — заметил хлопочущий над зеркальным секретарем охранник.

— Еще нет, — морщась, прошептал Петерсон, вынул из кармана никелированный револьвер, прицелился охраннику между лопаток и выстрелил.

Охранника отбросило от дивана на пол. Петерсон прицелился в хрипящего секретаря — и выстрелил еще раз.

Прошла минута. Агент Петерсон сидел у стены, привалившись к ней спиной и, словно заговаривая боль, бормотал:

— Где же чертов медэвак… Где же чертов медэвак…

За окном наконец раздался рокот лопастей, и Петерсон облегченно вздохнул. Гул приблизился — и в комнате стало темно от туши вертолета, закрывшей окна.

Лопнули выбитые абордажными мостиками стекла, и в комнату ворвались люди в серебристой броне. На их лицах чернели респираторные маски. У одного в руках был сканер.

Петерсон слабо помахал им рукой.

— Я здесь!

Сканер на секунду повернулся в его сторону. Две серебряные тени кинулись к нему — но только для того, чтобы выкрутить из руки пистолет. После этого про агента Петерсона забыли.

Человек со сканером указал на лежащую в кровавой луже голову Сасаки. Серебряные люди бережно подняли ее с пола и положили в толстый белый термоконтейнер, из стенок которого к обрубку шеи сразу же потянулись красные и синие стебли.

— Нужна срочная медицинская помощь, — прошептал агент Петерсон.

— Мы ее уже оказываем.

— Кто вы такие?

— Служба экстренного спасения, — ответил один из серебряных людей. — Здесь скончался клиент третьего таера. По договору с «TRANSHUMANISM INC.» мы обеспечиваем немедленную эвакуацию мозга. Это приоритет.

— Не смейте ничего здесь трогать, — прошипел Петерсон. — Я инфокотик из CIN. Это международный преступник. Секс-оффендер, которого разрабатывает наш канал.

— Уголовное преследование прекращается после смерти, — сказал серебряный человек. — Смерть констатирована. Земная юрисдикция кончилась.

— Вы пытаетесь забрать вещественное доказательство… Вы столкнетесь с очень большими проблемами.

— У «TRANSHUMANISM INC.» никаких проблем нет, — сказал серебряный человек и посмотрел на широкую лужу крови, растекающуюся вокруг Петерсона. — Они есть у вас, мой друг. Но, похоже, скоро кончатся…

Тут серебряный, видимо, вспомнил, что говорит на камеру, а может быть, сразу на несколько камер — и тон его стал задушевным и елейным.

— Другими словами, желаю вам скорейшего выздоровления от имени «TRANSHUMANISM INC.»! Ваше здоровье очень важно для нас. Просим чуть-чуть подождать — вами займется первая освободившаяся бригада скорой помощи… Спасибо за понимание!

Серебряные тени исчезли в окнах, взревел отваливающий от окна вертолет — и глаза агента Петерсона закрылись навсегда.

х х х

Сасаки-сан открыл глаза.

Вернее, все было так, словно он открыл их. Но у него не было никаких глаз. Он просто понял, что он снова есть и каким-то образом видит.

Небо было затянуто высокими серыми облаками. Впереди была ведущая к старому синтоистскому храму аллея. Сасаки-сан знал этот храм и бывал там с зеркальными секретарями якудз. Но теперь место выглядело несколько иначе.

Со всех сторон к небу поднимались огромные цветущие вишни в несколько обхватов, и розового цвета вокруг было столько, что от него рябило в глазах. Нежнейшие лепестки кружились в воздухе и ковром покрывали землю.

Сасаки вроде бы шел к храму — но когда он попытался увидеть свои ноги, идущие по ковру из лепестков, их там не оказалось. На их месте качались какие-то серые кубы и цилиндры с желтыми надписями «design pending».

Впереди играла музыка. Там кучковалась веселая пестрая молодежь. Молодняк приветливо махал ему руками — но выглядели собравшиеся как-то странно.

Сасаки понял, в чем дело, только когда подошел совсем близко.

Это были аниме-тян. Трехмерные живые девочки из манги — с огромными чистыми глазами, нежнейшими юными лицами и налитыми грудями, рвущими крошечные бра. Аниме-тян были одеты в разноцветные кружева и фольгу — и явно плевать хотели на все человеческие приличия. Они пританцовывали в такт музыке, изредка целуясь и гладя друг друга по волосам невозможных радужных оттенков.

Сасаки-сан по привычке попытался состарить их милые мордашки с помощью духовного метода секты Шингон, но не смог. Он понял, что просто не знает, как старятся анимешные девочки. А потом сообразил почему.

Девочки из аниме не старятся. Никогда…

— Здравствуй, Сасаки, — игриво сказала ближайшая аниме-тян — с розовой копной волос и большим бриллиантом в пупке. — Тебя уже подключили? Пока это только отладка. Когда включат стимуляцию мозга, будешь чувствовать себя совсем по-другому. Появится оптимизм и хорошее настроение. И аппетит к разным веселым проказам. Мы пришли тебя встретить.

— Кто вы? — спросил Сасаки-сан.

— Мы — якудзы.

Сасаки-сан выпучил глаза.

— Кто???

Перейти на страницу:

Похожие книги

Любовь гика
Любовь гика

Эксцентричная, остросюжетная, странная и завораживающая история семьи «цирковых уродов». Строго 18+!Итак, знакомьтесь: семья Биневски.Родители – Ал и Лили, решившие поставить на своем потомстве фармакологический эксперимент.Их дети:Артуро – гениальный манипулятор с тюленьими ластами вместо конечностей, которого обожают и чуть ли не обожествляют его многочисленные фанаты.Электра и Ифигения – потрясающе красивые сиамские близнецы, прекрасно играющие на фортепиано.Олимпия – карлица-альбиноска, влюбленная в старшего брата (Артуро).И наконец, единственный в семье ребенок, чья странность не проявилась внешне: красивый золотоволосый Фортунато. Мальчик, за ангельской внешностью которого скрывается могущественный паранормальный дар.И этот дар может либо принести Биневски богатство и славу, либо их уничтожить…

Кэтрин Данн

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее
Хмель
Хмель

Роман «Хмель» – первая часть знаменитой трилогии «Сказания о людях тайги», прославившей имя русского советского писателя Алексея Черкасова. Созданию романа предшествовала удивительная история: загадочное письмо, полученное Черкасовым в 1941 г., «написанное с буквой ять, с фитой, ижицей, прямым, окаменелым почерком», послужило поводом для знакомства с лично видевшей Наполеона 136-летней бабушкой Ефимией. Ее рассказы легли в основу сюжета первой книги «Сказаний».В глубине Сибири обосновалась старообрядческая община старца Филарета, куда волею случая попадает мичман Лопарев – бежавший с каторги участник восстания декабристов. В общине царят суровые законы, и жизнь здесь по плечу лишь сильным духом…Годы идут, сменяются поколения, и вот уже на фоне исторических катаклизмов начала XX в. проживают свои судьбы потомки героев первой части романа. Унаследовав фамильные черты, многие из них утратили память рода…

Николай Алексеевич Ивеншев , Алексей Тимофеевич Черкасов

Проза / Историческая проза / Классическая проза ХX века / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза
Дорога
Дорога

Все не так просто, не так ладно в семейной жизни Родислава и Любы Романовых, начинавшейся столь счастливо. Какой бы идиллической ни казалась их семья, тайные трещины и скрытые изъяны неумолимо подтачивают ее основы. И Любе, и уж тем более Родиславу есть за что упрекнуть себя, в чем горько покаяться, над чем подумать бессонными ночами. И с детьми начинаются проблемы, особенно с сыном. То обстоятельство, что фактически по их вине в тюрьме сидит невиновный человек, тяжким грузом лежит на совести Романовых. Так дальше жить нельзя – эта угловатая, колючая, некомфортная истина становится все очевидней. Но Родислав и Люба даже не подозревают, как близки к катастрофе, какая тонкая грань отделяет супругов от того момента, когда все внезапно вскроется и жизнь покатится по совершенно непредсказуемому пути…

Александра Маринина , Александра Борисовна Маринина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза
первый раунд
первый раунд

Романтика каратэ времён Перестройки памятна многим кому за 30. Первая книга трилогии «Каратила» рассказывает о становлении бойца в небольшом городке на Северном Кавказе. Егор Андреев, простой СЂСѓСЃСЃРєРёР№ парень, живущий в непростом месте и в непростое время, с детства не отличался особыми физическими кондициями. Однако для новичка грубая сила не главное, главное — сила РґСѓС…а. Егор фанатично влюбляется в загадочное и запрещенное в Советском РЎРѕСЋР·е каратэ. РџСЂРѕР№дя жесточайший отбор в полуподпольную секцию, он начинает упорные тренировки, в результате которых постепенно меняется и физически и РґСѓС…овно, закаляясь в преодолении трудностей и в Р±РѕСЂСЊР±е с самим СЃРѕР±РѕР№. Каратэ дало ему РІСЃС': хороших учителей, верных друзей, уверенность в себе и способность с честью и достоинством выходить из тяжелых жизненных испытаний. Чем жили каратисты той славной СЌРїРѕС…и, как развивалось Движение, во что эволюционировал самурайский РґСѓС… фанатичных спортсменов — РІСЃС' это рассказывает человек, наблюдавший процесс изнутри. Р

Андрей Владимирович Поповский , Леонид Бабанский

Боевик / Детективы / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Боевики / Современная проза