Читаем Трансформация интимности полностью

В политической сфере демократия включает в себя создание конституции и обычно — форума для публичных дискуссий по политическим проблемам. Каковы эквивалентные механизмы в контексте чистых отношений? Насколько принято в гетеросексуальных отношениях, брачный контракт обычно был своеобразным биллем о правах, который существенным образом формализовал «раздельную, но неравную» природу этой связи. Перевод брака скорее в сигнифайер приверженности, нежели в его детерминанту, радикально изменяет эту ситуацию. Все отношения, которые приближаются к чистой форме, поддерживают имплицитный «ролевой контракт», к которому может взывать любой из партнеров, когда возникают ситуации несправедливости или подавления. Ролевой контракт — это устройство, которое является основополагающим, но открытым для переговоров, обсуждения природы этих отношений.

Вот «книга правил», составленная как самоучитель и предназначенная для того, чтобы помочь женщинам развивать более удовлетворительные гетеросексуальные отношения. Как полагает автор, женщине необходимо прежде всего составить каталог проблем, которые возникали у нее в предшествующих отношениях — тех, в которых, по ее мнению, была виновата главным образом она сама, и тех, которые исходили от ее прежних любовников. Она должна разделять книгу правил со своим партнером, который должен разработать и для себя ряд правил, сходящийся к тем же пунктам.

Правило 1: Когда я обнаруживаю, что пытаюсь произвести впечатление на мужчину, который мне нравится, разговаривая так много о себе, что не задаю ему каких-либо вопросов, я остановлюсь и сосредоточусь на вопросе о том, тот ли это мужчина, что нужен мне (в оригинале — ...whether he is right for me (дословно: правильный ли он для меня) — примеч. перев.).

Правило 2: Я скорее буду выражать свои негативные чувства по мере того, как я осознаю их, нежели буду дожидаться, пока они окрепнут, — даже если это означает расстроить моего партнера.

Правило 3: Я буду работать над исцелением от своих отношений с моим бывшим мужем, взирая на то, как я выстраиваю свою ранимость, и я не буду говорить о нем в том духе, как если бы я была жертвой, а он — злодеем.

Правило 4: Когда мои чувства задеты, я скорее скажу своему партнеру, что именно я чувствую, нежели буду дуться как маленькая девочка.

Правило 5: Когда я обнаружу, что заполняю свои бланки ( «мертвые» зоны в отношениях), я остановлюсь и задамся вопросом, не слишком ли сильно отплатит за это позднее мой партнер. Если нет, то я скорее попрошу его о том, в чем нуждаюсь, нежели попытаюсь сделать это сама.

Правило 6: Когда я обнаружу, что даю непрошеные советы или обращаюсь со своим партнером как с мальчишкой, я остановлюсь, сделаю глубокий вдох и позволю ему решать все самому, пока он не попросит о помощи[237].

Такой перечень может, на первый взгляд, смущать, выглядеть не только ошеломляюще наивным, но и совершенно непродуктивным (в оригинале еще сильнее: counter-productive (т. е. анти-продуктивный) — примеч. перев.).

Потому что здесь установление правил как таковых, как внушает нам Виттгенштейн, изменяет свою природу. Можно утверждать, что выставление таких предписаний напоказ могло бы лишить их любой возможности оказать позитивное воздействие, потому что они могли бы оказать гармонизирующее влияние на отношения лишь в том случае, если они принимаются как нечто само собой разумеющееся. И все же такой взгляд, как я думаю, упускает из виду главное. Дифференциальная власть, которая откладывается в социальной жизни, вероятно, остается неизменной, если индивиды рефлексивно отказываются исследовать свое собственное поведение и его имплицитные оправдания. Однако такие правила, как бы незамысловато они ни выглядели, если их успешно применять, помогают оторвать действия индивидов от бессознательно организуемой властной игры. В принципе, они служат тому, чтобы генерировать возрастающую автономию в то самое время, как они требуют уважения от другого.

Ролевой контракт не действует в этических абсолютах. Он извлекается из специфического «перечня проблем», где прежде имелись «негативы». Личность, о которой идет речь, почувствовала, что она чрезмерно озабочена тем, чтобы произвести впечатление на мужчину, в котором она заинтересована, боится расстроить партнера, стремилась относиться к нему по-матерински и так далее. Конечно, «конституция» такого рода только тогда является демократической, когда она интегрирована с другими элементами, упомянутыми выше; она должна отражать встречу автономных и равных личностей.

Императив свободной и открытой коммуникации является обязательным условием (в оригинале — sine qua поп примеч. перев.) чистых отношений; связь является ее собственным форумом.

Перейти на страницу:

Все книги серии Мастера социологии

Похожие книги

Цивилизационные паттерны и исторические процессы
Цивилизационные паттерны и исторические процессы

Йохан Арнасон (р. 1940) – ведущий теоретик современной исторической социологии и один из основоположников цивилизационного анализа как социологической парадигмы. Находясь в продуктивном диалоге со Ш. Эйзенштадтом, разработавшим концепцию множественных модерностей, Арнасон развивает так называемый реляционный подход к исследованию цивилизаций. Одна из ключевых его особенностей – акцент на способности цивилизаций к взаимному обучению и заимствованию тех или иных культурных черт. При этом процесс развития цивилизации, по мнению автора, не всегда ограничен предсказуемым сценарием – его направление может изменяться под влиянием креативности социального действия и случайных событий. Характеризуя взаимоотношения различных цивилизаций с Западом, исследователь выделяет взаимодействие традиций, разнообразных путей модернизации и альтернативных форм модерности. Анализируя эволюцию российского общества, он показывает, как складывалась установка на «отрицание западной модерности с претензиями на то, чтобы превзойти ее». В представленный сборник работ Арнасона входят тексты, в которых он, с одной стороны, описывает основные положения своей теории, а с другой – демонстрирует возможности ее применения, в частности исследуя советскую модель. Эти труды значимы не только для осмысления исторических изменений в домодерных и модерных цивилизациях, но и для понимания социальных трансформаций в сегодняшнем мире.

Йохан Арнасон

Обществознание, социология
Управление мировоззрением. Подлинные и мнимые ценности русского народа
Управление мировоззрением. Подлинные и мнимые ценности русского народа

В своей новой книге автор, последовательно анализируя идеологию либерализма, приходит к выводу, что любые попытки построения в России современного, благополучного, процветающего общества на основе неолиберальных ценностей заведомо обречены на провал. Только категорический отказ от чуждой идеологии и возврат к основополагающим традиционным ценностям помогут русским людям вновь обрести потерянную ими в конце XX века веру в себя и выйти победителями из затянувшегося социально-экономического, идеологического, но, прежде всего, духовного кризиса.Книга предназначена для тех, кто не равнодушен к судьбе своего народа, кто хочет больше узнать об истории своего отечества и глубже понять те процессы, которые происходят в стране сегодня.

Виктор Белов

Обществознание, социология
Параллельные общества
Параллельные общества

Нужно отказаться от садистского высокомерия, свойственного интеллектуалам и признать: если кого-то устраивает капитализм, рынок, корпорации, тотальный спектакль, люди имеют на всё это полное право. В конце концов, люди всё это называют другими, не столь обидными именами и принимают. А несогласные не имеют права всю эту прелесть у людей насильственно отнимать: всё равно не выйдет. Зато у несогласных есть право обособляться в группы и вырабатывать внутри этих групп другую реальность. Настолько другую, насколько захочется и получится, а не настолько, насколько какой-нибудь философ завещал, пусть даже и самый мною уважаемый.«Параллельные сообщества» — это своеобразный путеводитель по коммунам и автономным поселениям, начиная с древнейших времен и кончая нашими днями: религиозные коммуны древних ессеев, еретические поселения Средневековья, пиратские республики, социальные эксперименты нового времени и контркультурные автономии ХХ века. Рассматривая историю добровольных сегрегаций, автор выявляет ряд типичных тенденций и проблем, преследовавших коммунаров на протяжении веков.

Сергей Михалыч

Культурология / Обществознание, социология / Политика / Проза / Контркультура / Обществознание
Принципы коммунизма
Принципы коммунизма

В настоящую книгу вошли шесть важных работ выдающихся философов, историков и социологов своего времени – Карла Маркса и Фридриха Энгельса.«Принципы коммунизма», написанные в формате ответов на вопросы, касаются объяснения таких основополагающих вещей как понятие коммунизма, возникновение пролетариата и последствий промышленной революции.«Манифест коммунистической партии» – одно из самых известных произведений Маркса и Энгельса, переведенных на многие европейские языки. Эта работа определила направление общественной мысли и стала важным историческим свидетельством становления и развития социализма. Крупнейший философ и ученый современности Умберто Эко назвал его «шедевром политического красноречия».Издание дополнено сочинениями и очерками К. Маркса и Ф. Энгельса, а также комментариями специалиста.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Фридрих Энгельс , Карл Маркс , Карл Генрих Маркс

Обществознание, социология / Учебная и научная литература / Образование и наука